Отраженная угроза

Гордосевич, запоминай маршрут: объедешь крепость вдоль периметра и остановишься возле насосной станции. Пойдем через поселок, но дома пока не проверяем. Первым делом – в крепость. Надеть шлемы, приготовить оружие, проверить связь. И зря не болтать.

Последнее можно было и не говорить. Люди, подавленные видом опустевшей базы, сидели тихо, как мыши.

Через несколько минут машина прошла периметр. Система даже не пикнула. Впрочем, если бы и пикнула – у команды, представляющей корпорацию, хватало средств, чтобы приручить все электронные штучки.

– Детектор движения не выключать, – велел Сенин Вельцеру.

Колеса катились по хорошо утрамбованной дорожке между домиками. Повсюду лезли в глаза следы недостроя – сваленные в кучи брусы, стопки пенопласта, строительный мусор и развороченный колесами дерн. Вместе с тем, место было уже обжитое: занавешенные окна, мелкий скарб, коврики у дверей – все напоминало об обитателях. Только где они, эти обитатели?

Сенин приглядывался к растительности. Кровососущие кусты – штука неприятная, но не смертельная при небольшой доле осторожности.

Тем более, биотехники расчистили территорию от всей мало-мальски опасной флоры и фауны. Однако, версия, что база каким-то образом пострадала от распространения неизученных видов растений, была в числе первых.

– Магазин, – сказал вдруг Муциев. – Открыт...

Действительно, на пересечении улиц стояла скромная лавочка, явно частная. Дверь нараспашку. Конечно, трудно представить, чтобы на небольшой базе люди друг у друга могли воровать, но пустые магазины всегда и везде традиционно закрывались.

Тем более, частные.

– Может, стоит зайти? – проговорил Гордосевич.

– По пивку? – ухмыльнулся Вельцер.

– Почему? Может, там продавец.

– Мертвый, – продолжал нервно хихикать Вельцер. – Скелетированный уже.

– Да хоть мертвый. Все-таки следы.

– Потом проверим следы, – сказал Сенин. – Сначала крепость.

– Тем более, там никого нет, – добавил Вельцер, похлопав ладонью по детектору.

Через полсотни метров Сенин велел Гордосевичу остановиться.

– Карелов со мной, Муциев с Вельцером. Идем по обе стороны улицы вдоль домов. Гордосевич – остаешься за рулем, на малых оборотах чуть сзади. И по сторонам чаще смотрите.

Они спешились. Впереди уже маячила ржавая стена крепости. Когда-то она была форпостом человека на этой планете. Первые поселенцы здесь и спали, и ели, и работали, и делали детей. Год обычно уходит на то, чтобы убедиться – жить здесь можно. Или нельзя.