Одиночный побег

Кажется, он получил Оскара в прошлом году. Впрочем, было две целующиеся парочки: одна мальчик с девочкой, а другая – мальчик с мальчиком.

После фильма он, конечно, дождался окончания ее смены и проводил до Новогиреево, где она садилась в маршрутку. Оля была рада, разговор тек сам собой, искать слова не приходилось. Им было как-то легко и интересно быть вместе, и впервые за годы Олег почувствовал, что ему легко общаться с женщиной. Была ранняя весна. Дул ветерок с запахами просыпающейся природы, хотелось плюнуть на все свои проблемы и жить, жить, влюбляясь.

Они шли от метро по направлению к остановке:

– Ты живешь за городом? – спросил Олег.

– Да, в Балашихе, там дешевле. Правда, дом с крысами, я их боюсь ужасно. – Она сморщилась, как будто перед ее лицом возникла крыса.

Оле было 28 лет, она приехала из города Кораблино Рязанской области, где и родилась. Жила в Москве уже 2 года, работала и училась на бухгалтера заочно.

– Ты не представляешь, – смеялась она, – иногда на работе выгоняю их прям из занавесок, они там черти чем занимаются!

– Кто, голубые?

– Ну, и не только.

– Зачем же ты пошла на эту работу? Нормальной что ли нет?

– А меня устраивает. Во-первых, график два через два – мне удобно, я ведь еще и учусь. А во-вторых, коллектив хороший, начальник ко мне хорошо относится, иногда отпускает, когда надо, на сессию, например.

Олег довел ее до маршрутки, которая уже стояла на месте, и замешкался.

– Ты, наверное, хочешь записать мой телефон? – она улыбалась одними глазами.

– Ну да, – промямлил он и достал мобильник из кармана.

– Давай я сама. – Она взяла из его рук мобильник и ловко набрала свой номер. Ее телефон запиликал позывными какой-то популярной мелодии.

– Ну вот, – она вернула трубку, – звони!

Тут она упорхнула в маршрутку, а Олег даже не сумел что-либо сказать на прощание. Какой-то теплой волной накрыло его сердце. Так он и познакомился с Ольгой. Он задумался о своих ощущениях, и ему показалось, что с Олей легко и одновременно приятно проводить время.

Засыпая, Олег думал о ней, и ему было хорошо. Она выглядела моложе своих двадцати восьми. Он бы дал ей 24—25. Впрочем, в двадцать восемь женщины становятся как-то гораздо более покладисты. Вы не замечали этого, дорогой читатель?

«Ну что ж, наверное, у нее долго никого не было, и это хорошо!» – думал Олег. Ведь и он с сегодняшнего дня остался без Лены. «Теперь у меня будет женщина.