Дороги, которые нас выбирают

Им не хватало мужества отказаться, а их окружение не могло предположить, что они стучат.

Фарцовщики, валютчики, проститутки были информаторами спецслужб, за это им благосклонно разрешали работать. Всех новых они сразу же сдавали, это избавляло их от конкурентов, а органы могли регулярно отчитываться о проделанной работе.

Встречи с информаторами обычно проходили на квартирах отставных работников спецслужб. За это они получали небольшое вознаграждение, что позволяло им немного подсластить свою одинокую старость.

Что касается набора кадровых сотрудников, то здесь схема была иной. Сотрудник спецслужб приходил на предприятие или в учреждение и получал личные дела молодых специалистов. После тщательного изучения автобиографий и анкет отбирал нескольких человек, беседовал с ними. После предварительного отбора кандидата детально проверяли, и если не находилось компромата, то ему предлагали работу в органах.

Большинство соглашалось. Неплохая зарплата, квартира, служебный рост и доступ к секретной информации этому способствовали.

Отклонить предложение означало получить запись в личном деле об отказе работать в органах. Эта перспектива особенно никого не впечатляла. Хуже было только наличие родственников за кордоном.

Главной целью всех этих схем было не допустить проникновения в органы кротов. Народ с улицы не брали, тот, кто находил нового сотрудника, нес за него полную персональную ответственность.

Для Влада все это означало ждать. Когда человеку предлагают подождать, он всегда хочет знать: сколько? В данном случае ответа на этот вопрос не было.

Можно было прождать всю жизнь и не дождаться. Это Влада никак не устраивало. Он думал. Должен был быть какой-то выход. Желание стать разведчиком становилось все сильнее. Влад смотрел фильмы, читал книги и думал. Нужны были связи, а их не было и в ближайшем будущем не предвиделось. И однажды ему в голову пришла отчаянная мысль. Он пойдет туда сам, расскажет о своей мечте и спросит, что ему надо для этого сделать.

Вначале от одной этой мысли ему стало страшно. В этот большой дом на проспекте никто не ходил сам. Когда люди проходили мимо, они невольно ускоряли шаг, дом пользовался дурной славой. Туда либо вызывали, либо привозили в закрытых машинах, многих после этого больше никто не видел.

Наконец Влад решился. По большому счету он ничем не рисковал, ну не посадят же его, в конце концов, за это. Ну, посмеются, в худшем случае выгонят.