Дороги, которые нас выбирают

Люди стремились сюда, подгоняемые надеждой на то, что их жизнь станет лучше и богаче, что здесь наконец-то их ждет настоящее счастье.

Для тех, кто достигал моря, испытания не заканчивались, им предстояло пересечь его, чтобы добраться до другого берега. Местные рыбаки хорошо знали море, оно их кормило. Они знали направления ветров и течений, могли предсказывать погоду. Торговые шхуны возили товары и часто ходили в дальние заморские страны. Но рыбацкие баркасы и торговые шхуны не были предназначены для перевозки людей.

Беженцы, спасающиеся от голода и нищеты, умоляли взять их на борт. Они снимали со своих женщин золотые украшения и отдавали их капитанам судов. Женские драгоценности всегда имели в этих странах функцию неприкосновенного аварийного денежного резерва. В сытые благополучные годы мужчины дарили своим женам золотые украшения, которые те сразу же на себя надевали. Это был самый надежный способ хранения сбережений. Дома хранить золото было опасно, замков и сигнализации не было.

Мужчина всегда имел намного больше прав, чем женщина. Он мог в любой момент выгнать ее из дома, и она должна была немедленно уйти в том, в чем она была. Это означало, что все золото, а значит, и все сбережения, уходили вместе с женой. Дом и дети доставались мужу. Поэтому, прежде чем выгнать жену из дома, муж должен был хорошо подумать. Остаться без женщины в хозяйстве, без матери своих детей и без всех сбережений требовало большого мужества.

Алчные владельцы судов брали золото и принимали слишком много людей на борт.

Перегруженные корабли, попав в шторм, часто тонули. Редко кто достигал желанного берега, но те счастливчики, которым это удавалось, были полностью вознаграждены. Перед ними простилались плодородные земли. В реках было достаточно воды, не только для питья, но и для полива. Обширные леса не только давали прохладу и радовали глаз, но и обеспечивали людей строительными материалами и дровами для отопления.

Беженцам, достигшим цели, казалось, что вся их дальнейшая жизнь будет счастливой и благополучной.

Но эйфория первой встречи с благодатной желанной землей быстро проходила. Пришельцев никто не ждал, никто им не был рад. У них была другая одежда, другая еда, другие обычаи и праздники, они иначе выглядели, верили в своих богов и говорили на других языках. Одним словом, они были чужими.

Вся плодородная земля была уже поделена, каждый занимался своим ремеслом, и никто не хотел ничем делиться с пришельцами.