Тодариум

Может… Выпьем? – подняв другую руку, сжимающую две бутылки пива, спросил он.

Я вытащил два раскладных стула, что хранились у меня на кухне, и мы уселись на веранде, наблюдая, как район потихоньку пустеет и охватывает ночь. Мы поговорили про то, куда хотели бы уехать, будь все иначе, про счастливое детство, которое было не у каждого, название футбольной команды, обсудили бедных и богатых, монополию Китая и даже то, действительно ли Кеннеди застрелил Харви Освальд? Обсудили все, кроме сегодняшнего дня.

И я благодарен ему за это, что он решил сохранить границы. Он знает, когда нужно остановиться. Он знает.

4

Каждый раз, заходя в ванную комнату, меня не покидает ощущение, что здесь чего-то не хватает. Эти пустые стеклянные полки в углах комнаты, зеркало с разрисованной рамкой, большая ванна… но я отчетливо помню, что здесь было пусто, когда я приехал сюда после госпиталя. Все было вычищено, и не было ни одного намека на мое прошлое.

Взгляд остановился на моем отражении в зеркале.

Волосы, засаленные и расчесанные в последний раз примерно неделю тому назад, дают о себе знать – я стал походить на тех, кого Невилл забирает в каждом втором переулке Западного Вудстока. Подняв подбородок вверх и увидев появившиеся волосы, я решил отложить бритье на завтра.

Как и всегда.

Наконец я встретился со своим взглядом, проговорив про себя, кто я такой, как меня зовут и как я здесь оказался. Темный удручающий взгляд дал ответы на все вопросы, но при этом вызывая дополнительные у меня в голове.

Я их игнорирую.

Как и всегда.

Умывшись и накинув белый махровый халат, я спустился вниз, в гостиную, соединенную с кухней через арку. Окончание варки кофе сопровождалось приятным потрескиванием, но резкий звук, не похожий на кофемашину, заставил меня отвлечься от журнала. Стоя уже на веранде, я понял, что это было – почтальон кинул утреннюю газету: та лежала посреди дорожки.

Газета была сильно потрепана и точно не выглядела свежим выпуском «Ловирдейл-ньюс»: пожелтевшая бумага, мятые страницы и порванная обложка, на которой крупными буквами красовался заголовок, точнее то, что от него осталось – «…БЫЛА НАЙДЕНА МЕРТВОЙ В ДОМЕ НА ВИКФИЛД-РОУД».

Первая часть заголовка, как и фотография жертвы, были вырваны из газеты, а сам заголовок подчеркнут красным маркером. Мысль, конечно, абсурдная, но… я приложил газету к носу, моментально уловив спиртовой запах маркера. Заголовок обвели недавно.