Эффект эволюции

Он предложил Андрею сесть, сам же встал и, медленно прохаживаясь от окна к двери, необычно серьезным, как показалось его посетителю, тоном начал:

– Андрей, у меня есть для вас несколько новостей…

– Давайте на «ты», – вздохнув, вставил Горяев, рефлекторно стремясь смягчить возникшее от ожидания тяжелого разговора напряжение.

– Да, да, хорошо, – чуть нервно едва улыбнулся врач и, выдержав небольшую паузу, произнес, – Андрей, обследование не выявило никаких серьезных патологий. По всей видимости, сам по себе твой организм в порядке…

Эффект, который произвели эти слова на Андрея можно было сравнить с тем, что испытал бы мучимый нестерпимой жаждой человек, получив наконец глоток свежей прохладной воды.

Однако, вызвав секундное облегчение, фраза, произнесенная психотерапевтом, тут же породила волну новой настороженности и непонимания: «В чем же тогда дело? Как быть? Почему врач столь серьезен?»

– Это, безусловно, хорошо, но я сейчас объясню, что меня беспокоит, – понимая внутреннюю реакцию своего пациента, продолжил Анатолий.

 – При том, повторюсь, что, по сути, твой организм здоров, – медленно ходивший по комнате врач остановился и пристально посмотрел на Андрея. – В крови и тканях мозга мы обнаружили аномально высокую концентрацию метанефринов и ванилилминдальной кислоты. Как тебе, полагаю, хорошо известно эти вещества могут являться продуктами распада адреналина и норадреналина.

Горяев медленно понимающе кивнул.

Психотерапевт подошел и сел на диван рядом с ним:

– Учитывая, что мы на настоящий момент не обнаружили никаких серьезных нарушений у тебя в организме, в том числе и патологий надпочечников, это представляется мне весьма странным.

Все, что я могу предположить, это то, что ты действительно испытываешь сильнейшие стрессы во время сна…

Анатолий медленно встал, подошел к своему столу и затем, словно уже обращаясь к кому-то вне стен этого кабинета, глядя в окно, задумчиво продолжил:

– Они гораздо интенсивнее и длятся дольше, чем обычно это бывает…

Затем словно стряхнув чувствовавшееся в нем прежде напряжение, врач неожиданно энергично и с энтузиазмом предложил:

– Андрей, нам нужно исследовать твое состояние во время сна.

Я понимаю это не очень удобно ночевать в лаборатории, но у нас нет другого выхода.

– Да уж, давайте определимся, и разделаемся с этим. Иначе, если так дальше пойдет, мне страшно будет засыпать, – отреагировал Горяев, горько пошутив.