Откровение. Глубокий вдох

Его пытали и травили,

Огнём терзали и мечом,

Жгли на кострах, в котлах варили,

Был в кислоту опущен он.

Его на небе позабыли.

Навек из рая изгнан вон.

Пылает в дьявольских чертогах,

Не утихает в недрах стон.

И прокуратор – вот зараза! –

Закрыл на ангела глаза,

Лишь только весточку отправил:

Мол, всё за грешные дела.

Томится ангел в подземельях

И шепчет сердцем он слова:

– Прости, прости, прости меня…

Пиши, прошу тебя, пиши!

Пиши, прошу тебя, пиши!

Согрей любовью две души.

Гори, прошу тебя, гори!

Открой… ей сердце отвори.

Ищи, прошу тебя, ищи

Ключи к замкам её души!

Иди, прошу тебя, иди!

Свою любовь лишь раз найди.

Теряй, прошу тебя, теряй,

Но поисков любви не прекращай!

Её найдёшь – не отпускай.

Живи, кайфуй, ведь это рай.

Смотри, вдыхай, к груди прижми,

Почувствуй ангелов внутри.

Тепло по телу разгоняй

И никогда не остывай.

Надежда

А боль так просто не проходит,

Её таблетками не снять.

И только время и излечит

То, что уколом не унять.

По венам тихо растечётся,

Размыв обидные слова,

Что так сильно обжигали

И что так ранили тогда.

Мы будем вместе жить стихами,

Ещё мы будем вновь любить.

И то, что там мы потеряли,

Нам жизнь позволит вновь открыть.

Истома

Я не помню, когда изменился.

И как бархатен шёлк её рук.

Как мальчишка, в неё я влюбился,

И отныне я раб её губ.

Я готов подчиняться безмолвно,

Исполнять самый странный каприз

И вдыхать её запахи томно,

Опускаясь к груди её вниз.

Я губами пройду все ложбинки

И сосочки возьму нежно в рот,

Я коснусь её главной горбинки,

И истома окутает плоть.

Мне просто надо быть любимым

Мне просто надо быть любимым,

Встречать глазами взгляд её

И пасть к ногам её красивым,

Целуя нежно грудь её.

Давать любовью упиваться,

В порывах страсти пить вино,

Чтоб в беспамятстве врываться

В души открытое окно.

Она собою опьяняет.

Её прекрасен аромат.

И взгляд её струну терзает.

На ней двенадцать лет женат.

Кофе на луне

Я напишу, что не сказал вам,

Увижу счастье вдалеке.

Приму я душ холодный утром

И сяду с кофе на луне.

Я мог сто раз отдать всё разом,

Но мне и нечего отдать.

Могу лишь я сказать, ребята,

Что должен был давно сказать:

– Пусть слово будет апогеем

Моих стихов в безумстве дня.