Гильдия Алхимиков. Осатанелый город

Лишь бы деньги платил. А, куда он там, у себя плавать будет, никому из собравшихся, не интересно. Но самое главное – послание нам передали через иудея. А, это племя, сами знаете, в безнадежных предприятиях, участия не принимает.

Речь мудрого дедушки приняли к сведению, и единогласно было решено, что Джузеппе и Сальваго, которые знали по немецки – собираться в путь. Тем более, в делах кораблестроения, в это время, в Генуе был полный застой, и деваться особо было некуда. Разве только бросать родную гавань и перебираться плотниками в венецианский Арсенал.

В сопроводительном письме, говорилось, что по прибытии в Шаффурт, мастерам, следует обратиться к городскому секретарю Юргену Войтеховскому. Поэтому, оказавшись в городе, аккурат на Святого Прова, они так и поступили – отправились в ратушу. Где же быть городскому секретарю, как не там?

На втором этаже ратуши, построенной по образцу донжона[1 - Главная башня замка. Самая мощная и капитальная. Последний оплот осажденных.], корабелы застали двух советников: бургомистра Рикерта Австрийского и городского судью Карстена Рябого.

Те о запросе в Геную знали и встретили итальянских мастеров приветливо. Предложили вина с корицей и свежего винограда. Это в Германии-то, в середине зимы! За приятным разговором выяснилось, что секретарь гильдии Войтеховский, который был инициатором их приглашения, пока в отъезде, когда будет – неизвестно, но они пошлют за профессором Кантом, и тот им все разъяснит, в деталях. Пока – суть да дело разговор зашел о том, по каким водным просторам собираются плавать жители Шаффурта, что собираются бороздить? Ответ был прост и незатейлив.

– Моря и океаны, понятное дело. – Ответил судья.

– Прямо напасть, какая-то с этими морскими просторами. – Добавил Рикерт Австрийский. – Просторы необъятные, а ни одной завалящей караки[2 - Парусно-гребное судно.] в наличии, ни у городского совета, ни у бургграфа нет.

Генуэзцы переглянулись, помянули в уме Святого Лаврентия[3 - Один из святых покровителей Генуи.

] и осторожно перевели разговор на местные достопримечательности. Приятную беседу, прервало появление научного светила.

Местный профессор, ничем не отличался от профессоров итальянских. Он был пьян и источал многомудрие. Прежде всего, этот Кант обнял и расцеловал обоих итальянцев. По очереди. Два раза. Потом он снова полез обниматься и оросил плечо каждого слезами, рассказывая, как они тут заждались корабельных мастеров и, что все ужасно рады их приезду.