Грибник

Чемоданы, в которые он пересыпал грибы, получились приятно увесистыми.

Глава 2 Последний выходной

Когда он, наконец, подошел к родному дому, по городским меркам еще продолжалось утро. Чуть больше десяти часов. Из области денег осталось только несколько жетонов на метро – чтобы отвезти чемоданы в ресторан, пришлось потратить последнее. Натаныча на месте уже не оказалось, но по телефону тот обещал, что рассчитается завтра.

Сейчас хотелось только одного – добраться до постели, залезть в нее с книжкой и с ней же уснуть.

Теперь по-настоящему. Дома где-то лежал большой двухтомник рассказов Кира Булычева о Великом Гусляре. Артур надеялся, что там еще остались непрочитанные рассказы.

Высокая дверь подъезда, старая-старая, может, еще уцелевшая с дореволюционных времен. Всю жизнь Артур слышал ее скрип, громкий и сложный, почти членораздельный. Дверь будто пыталась пожаловаться на жизнь знакомому.

– Знаю. Все знаю без тебя, – пробормотал в ответ Артур.

Вверху в подъезде ходил по ступеням какой-то старик.

Слышно, как он приговаривает что-то странное: «Женюсь. Женюсь».

Потом: «Женюся. Женюська!»

Артур, наконец, понял, что тот ищет и зовет свою собаку. Женьку. Вспомнил, что есть такая в доме.

В почтовом ящике что-то белело. Конечно, опять бумага из налоговой, вызов по поводу их несуществующего теперь кооператива. Уперся в свою дверь – не открывается. Он и забыл, что эта дверь теперь недоступна, после продажи и отчуждения большей части квартиры.

«Отчуждение», – пробормотал вслух. Ну вот, теперь придется спуститься и обойти дом, чтобы пройти через законный теперь подъезд. Бывший черный ход, лестницу для прислуги.

Внутрь двора нужно идти через подворотню, длинную сводчатую арку. На той стороне, у выхода кто-то стоял, и Артур будто постепенно узнавал его. У некоторых местных аборигенов это любимый пост – там они стреляют сигареты у знакомых и полузнакомых прохожих. Эту жизнь двора Артур наблюдал из своего окна, сам он в этом месте давно не появлялся.

Обнаружилось, что стоит Алмаз, в детстве приятель и одноклассник. Но этот не курил. Когда все их одноклассники повырастали, выяснилось, что этот всегда простоватый парень еще и болеет редчайшей психической болезнью. Не становится взрослым. Этот не совсем уже молодой мужик остался там, в их детстве.

– А, Артурка! Башмак! Чего несешь? – встретил его Алмаз, с какой-то непонятной надеждой глядя на чемоданы, будто ждал угощения.