Грибник

– Эй, Грибник! – окликнули оттуда. Здесь у Артура с дедом существовала общая кличка. Оба они считались Грибниками, но теперь он остался Грибником единственным. В единственном числе. – И как жизнь? – Традиционный вопрос.

– Ничего, терпимо, – отозвался он. – Только кооператива нашего не стало, – добавил, подумав. – Из всех наших один я остался.

«Вот, дед умер, да тут еще эта налоговая…» – подумал он. Здесь об этом знали. Давно.

– Все там будем, для всех нас у бога одна статья заготовлена, – послышался другой голос.

 – Высшая мера. И амнистии не будет никому.

Оказалось, еще один деревенский, со странным для здешних мест именем Соломон. Несмотря на имя, самый, что ни на есть, русский. Значит, напросился к Веньке в помощники.

– Да, дед твой молодец был. Дельный мужик. Уважал его, – громко раздавалось над водой. Венька говорил раздельно, не торопясь. В солидных паузах мерцал, вспыхивая, огонь его сигареты.

«И все равно умер».

– А я-то сначала смеялся с них, когда они грибы сеять взялись, – опять послышался голос Соломона.

Тот считал себя необыкновенно ловким, предприимчивым. Вечно сновал там, где намечалась прибыль, хотя эта прибыль в деревне чаще всего заключалась лишь в выпивке. – Мы видели, как ты с острова на остров перебираешься. Который день смотрим. Ну вот, думаем, у Артурки грибной сезон начался.

– Скоро Грибоедов приезжает, уже звонил кому-то из наших, деревенских, – заговорил Венька.

– Вся Ладога ждет, – добавил Соломон.

Голоса слышались ясно и совсем отчетливо, как всегда над водой, хоть и остались далеко позади.

– Хорошо бы приезжал побыстрее, – отозвался Артур. – Пока холодно, и грибы мои не протухли.

Сейчас должна появиться дача, то, что он так называл. Артур совсем сбавил скорость и достал багор. Катер несло вперед почти по инерции.

– Для сохранности грибов могу в твою будку лед таскать, за особую оплату, мизерную. Двести рублей в день. Покупай – продаем! Зимой снег.

Весной лед, – преувеличенно бодро звучал голос Соломона. Наверное, в предвкушении выпивки. А может, он уже выпил, возможно, будущая прибыль от продажи металлолома начинала пропиваться уже сейчас.

Разговор заканчивался естественным образом – катер относило дальше.

– А я, кстати, в театр поступил, – громко сказал Артур. Все время искал возможность сказать это. – Там стану служить, с понедельника выхожу.

Непонятно, услышали ли его сзади.