Командировка

Ты же слышал о наших обычаях.

– Да, слыхал. Но не слишком вы, торговцы, о них распространяетесь. А до Дребеня нам ехать наверно дней десять, если нормально все пойдет. Сейчас на северо-запад до большака, что из Арана к Сереброструю идет. Это полтораста верст будет, а там еще столько ж до Дребеня. За Дребенем-то, выше по течению, Среброструй из-за порогов уже мелковат для судоходства. А вот от Дребеня, вниз по течению, ходят баржи. Плотогоны лес с Зеленых гор гонят к морю. Да и купцы по большаку из Арана в Семиречье и обратно через Низкий Лог идут.

Просветив меня в местной географии, гном отложил трубку. Обед уже закончился, и пора было собираться в дорогу.

Один день сменял другой. Погода стояла ровная, лишь раз мы попали под небольшой дождик. Пару раз мы останавливались на ночлег в деревеньках. К концу пятого дня пути мы остановились на постоялом дворе у перекрестка дорог, связывавших несколько деревень. Сославшись на усталость, я пораньше ушел к себе в комнату, решив, что прошло уже достаточно времени, и пора бы уже выслушать отчеты подчиненных, проведя очередной сеанс коференцсвязи, а заодно отправить отчет на базу.

По времени Земли-0, прошло всего трое суток. Но пора бы уже и дать первый отчет о проделанной работе. Сообщить то, чего не могли сообщить датчики и автоматизированная разведка.

Настроив канал связи в режим брифинга, я стал ждать, когда члены моей команды выйдут в онлайн режим.

Первым на канал вышел Заг. Рассказал, что подкорректировал внешность до полуорка.

Они тут временами встречаются и их с удовольствием брали на корабли в качестве воинов. Устроился он на корабль вольного братства. В портах черной земли не принято было спрашивать, кто ты и откуда. Если без цепей, с оружием и боевым блеском в глазах, то значит – вольный воин или моряк.

На островах юга и на побережье Черного континента, царила корсарская вольница. Процветали пиратские коммуны. На каждом более-менее крупном острове и в освоенных бухтах южного материка, правили ургаи, с их советом из числа наиболее уважаемых капитанов, плативших дань в общий котел.

Ургай, избирался по решению совета наиболее влиятельных капитанов и правил до той поры, пока его политика устраивала большую часть граждан коммуны. Разумеется, наиболее влиятельных граждан. Законы были соответствующие, в основе лежал неписаный кодекс вольного братства. Некоторые коммуны враждовали между собой, некоторые заключали альянсы, однако разваливались они так же быстро, как создавались.