Темные силы

Наконец, получив и этот гривенник, он взял по монете в руку и, вздохнув, произнес, словно философ, сокрушающийся о тщете всего земного:

– Давление капитала!..

Ввиду необычайности размеров своего «капитала», он вышел не через дверь, как это делал обыкновенно, а открыл окно и ловко вылез через него на улицу.

Виталий был не в счет, и Саша Николаич остался наедине с Маней.

– Вы знаете, – заговорил он с ней, – я вчера был у этого господина и получил приятные вести: я – богатый наследник!

О своем наследстве он не хотел никому говорить до выяснения вполне определенных по этому поводу данных, но не утерпел и все сразу рассказал.

– Так еще ждать, по крайней мере, год! – несколько разочарованно проговорила Маня.

– Год – это пустяки!.. – стал возражать Саша Николаич. – Что такое год, когда впереди, можно сказать, полное благополучие! Ну, проживем как-нибудь, зато потом!..

И, ища глазами взгляд Мани, он заглянул ей в лицо.

Это лицо показалось ему особенно красивым, добрым и милым в эту минуту.

– А вот теперь какая вы хорошая! А вчера были злая! – сказал он.

Маня, как бы устав от работы, положила шитье на стол и, обернувшись к нему, спросила:

– Отчего же злая?

– Да как же! Накричали на меня!

Губы улыбались, брови сдвинулись.

– Ну, ну, не буду! – спохватился Саша Николаич и, как-то волей-неволей пригнулся еще ниже, к самой руке Мани, которую та словно забыла на столе, и поцеловал эту руку.

Маня не отдернула ее, и Саша Николаич поцеловал еще раз, смелее.

Но в это время в окно раздался стук. И Маня и Саша Николаич вздрогнули и отстранились друг от друга.

Саша Николаич быстро подошел к окну и отворил его. На улице стоял человек в ливрее.

– От графини Савищевой! – сказал он.

Саша Николаевич вздрогнул и спросил:

– От графини Савищевой? К кому?

– К барышне, что платья шьют.

– Пустите, это ко мне! – отстранила Маня Сашу Николаича от окна.

А на него сразу как туча надвинулись вчерашние сомнения, когда он увидел теперь, что Маня имеет сношения с домом Савищевых.

– Хорошо!.. Скажите графине, что завтра будет готово!.. – проговорила Маня и, отпустив лакея, невозмутимая и спокойная, вернулась к своему месту и села.

– Вы знаете графиню? – с трудом переводя дух спросил Саша Николаич.

– Да, я работаю для нее.

– А сына ее… сына… вы знаете?

– Знаю.

– Нет, это невыносимо! – воскликнул Саша Николаич. – Я так не могу!..