Советские вожди шутят. От Ленина до Горбачева

Место это для отдыха предложила Александра Коллонтай, которая и провожала отъезжающих до вокзала.

– Так, значит, домик отдельный и теплый? – прощаясь, уточнил Владимир Ильич.

– Теплый и светлый.

– А в лесу охотиться можно?.. Там есть зайцы?

– За зайцев не ручаюсь, а белки, наверное, есть.

– Ну, белок стрелять – детская забава.

– Лишь бы он по лесу ходил, – встряла Надежда Константиновна. – А то просидит все время с бумагами за столом…

– Но там и в комнате воздух чище, – перебил ее муж.

В санатории они прожили четыре дня, после чего Ленин вернулся к прежним трудам.

В Кремле

19 марта 1918 года Ленин из гостиницы «Националь» переселился в Кремль. Первоначально его с женой поместили в двухкомнатной квартире в Кавалерском корпусе. По соседству с ними жила сестра М. И. Ульянова. 28 марта они переехали в отремонтированные квартиры на втором этаже в здании Судебных установлений. Квартира Ленина состояла из трех больших комнат, плюс комната прислуги, кухня и ванная. В том же здании, на третьем этаже, был рабочий кабинет Ленина, а рядом с ним большая комната, где проходили заседания Совета народных комиссаров, Совета рабочей и крестьянской обороны и Совета труда и обороны.

Эта комната являлась также приемной, где ожидали посетители, приходившие к Ленину, и здесь работали секретари СНК и СТО.

В кабинете Ленина по его требованию поддерживали постоянную температуру. Он не любил звук телефонных звонков и добился, чтобы их заменили лампочками, которые загорались, когда поступал вызов.

У него были отдельные папки, помеченные как «спешные», «неспешные», «важные», «менее важные», «просмотренные», «не просмотренные», лежавшие на столе. Все ящики стола были заперты, кроме верхнего левого, в который он складывал бумаги со своими распоряжениями. Сидел он на простом деревянном стуле с плетеными сиденьем и спинкой. В кабинете также находился стул для посетителей, книжные полки и два вращающихся книжных шкафа, в которых размещалось около двух тысяч томов. На стенах висели портрет Карла Маркса и барельеф С.  Н. Халтурина – казненного русского террориста.

Москвич Никита Окунев записывает 28 апреля 1918 года: «Сегодня Вербное воскресенье. Погода чудесная, день солнечный – в тени не менее 16 градусов. Но Москва не на „вербе“, бывало, шумевшей на Красной площади. Теперь она на Девичьем поле и, как пишут газеты, малолюдна и невесела… Самый же Кремль строго охраняется современными жандармами – латышами, ибо там „сами“ живут, т. е.