Тайна Зеленой аллеи. Искра души

Яр берегов укрепляла паутина черных корней, напоминающих лапы гигантских пауков или склизкие щупальца огромного спрута. Чем дальше их уносила река, тем таинственнее становилось тихо, а верхушки крон деревьев все крепче переплетали густую заросль в морские узлы. Солнечные зайчики стреляли вразрез сквозь заросли зеленого потолка и замирали на поверхности темной воды. В лодке запахло сыростью.

– Ким, ты слышишь всплески?

– Да, и еще чей-то голос.

За поворотом реки эхом раздался крик о помощи:

– Помогите!

– Смотри, тут есть весло.

Быстрее гребем, кто-то тонет.

Становилось темнее. Затихло переливное пение птиц. Вода стала черной, а лягушки замолчали в ожидании повторения трагедии.

– Помогите! – снова раздалось в глубине тоннеля реки, и маленькие ладошки стали интенсивно зачерпывать воду. Макс быстро греб веслом и менял положение на бортах, выравнивая по килю курс их «фрегата». Вдруг крик оборвался, а где-то рядом раздалось бульканье пузырьков. Лодка медленно дрейфовала по инерции вместе с плывущими ветками, тиной и листьями.

– Эй, тут кто-нибудь есть?

– Может, нам показалось?

– Одновременно двоим?

– Помогите!

Снова раздались всплески, и на поверхности воды появилась розовая футболка с принтом пони на спине. Лицо девочки было погружено в воду, а белые руки и длинные волосы качались в невесомости водной глади.

– Сейчас схвачу ее! – закряхтел Ким и попытался дотянуться до спины утопленницы.

– Нужно сделать искусственное дыхание. Запустить в ее легкие воздух, – Макс увлекался медициной и мечтал стать доктором.

– Ты-то откуда знаешь?

– В умной книжке видел.

Время остановилось. На глубине реки рыхлое дно застилал вязкий черный ил с горлышками стеклянных бутылок из-под газировки и вина. Здесь неразборчивый гул звонких детских голосов под писк давления глубины напоминал монотонный звук малолитражного мотора, идущего вдалеке кордона. Дети в панике кричали и торопились помочь утопающему, но было не разобрать, что Макс говорит под руку Киму. Маленькие каблуки башмачков коснулись стеблей длинных водорослей.

Белые гетры были испачканы черным илом, а из тонких пальцев рук торчали длинные, неотесанные, волнообразной формы, ребристые, взбухшие серые ногти. На этом уровне реки голоса ребят звучали уже разборчиво, но приглушенно, будто они говорили в барабан бас-бочки.

– Не переживай, я тебя держу! – сказал Макс.

– Я практически дотянулся!

Шея девочки была тонкая, будто лебединая, подбородок острый, скулы приподняты.