Брак по расчёту

«Вот как вломиться в квартиру Новослободская, а я тут в ванной с голой несовершеннолетней девицей занимаюсь петтингом!» – мрачно подумал я, яростно растираясь жёсткой губкой. «И тогда трендец всему! И моим мечтам о зелёных миллионах, и прочим оттягам! Виагра пошлёт Ирину Анатольевну куда подальше, та задействует охрану, нас с нимфеткой скрутят, найдут паспорт и…. Впрочем, дальше можно не продолжать. Как там у Жванецкого? „Суд, Сибирь“. Вот, мать вашу, не было печали!».

Тут, конечно, мой мозг, отравленный алкоголем делал из мухи слона – не стала бы Задонская дверь ломать, но я ж говорю – паническая атака!

После душа, снова одевшись, но уже во всё чистое и относительно новое, я зажёг под чайником газ, достал из шкафчика растворимый кофе.

– А мне? – возмутилась девица, когда я появился в комнате с дымящейся кружкой. – Фига себе! Жрёт в одну харю кофе и по х… веники! Совесть-то у тебя есть?!

Короче, Виагра осталась у меня дома допивать водку пополам с кофе, я же, положив на тумбочку в прихожей дубликат ключей, отправился на работу.

Маршрутка, добравшись до шестой школы, снова остановилась.

– Безобразие! – не выдержала «фиолетовая» тётка. – Я, между прочим, опаздываю!

Водилы, как правило, особо не реагируют на вопли пассажиров, но наш неожиданно обиделся.

– Слушай, все опаздывают, да?! – с неподражаемым кавказским акцентом воскликнул он. – Не видишь, что ли, начальники сейчас поедут!

Я привстал и посмотрел вперёд.

И вправду, на площади Революции 1905 года, никакого движения, ни в одну сторону, ни в другую, не было.

Зато имелись две патрульные машины ДПС с работающими мигалками, полностью блокирующие перекрёсток.

А вскоре появились и те, для кого наши доблестные гаишники расчистили дорогу – целый кортеж из тяжёлых, сверкающих чёрным лаком машин, тоже – с мигалками. С синими. С понтом, с визгом, не снижая скорости, они лихо свернули на Центральную и помчались в сторону областной администрации.

Смотрелось всё это круто, как пролетающая над помойкой зловещая стая воронья или как танковая дивизия СС «Мёртвая голова» на марше.

От полностью тонированных, чем-то неуловимо напоминающих всё те же танки, автомобилей, веяло жутью и какой-то, особо гнусной, особо нечеловеческой мерзостью. Безнаказанностью? Глупостью возведённой в ранг крутости? Властью?

Наверное.

– Расступись народ – говно плывёт! – прокомментировал сидящий слева парень. Кто-то в глубине салона хохотнул.