Истинная поневоле, или Сирота в Академии Драконов

Переломы срослись, но она так и не встала на крыло. Ещё и никого к себе не подпускает, не позволяет себя лечить, – женщина недовольно покачала головой, отчего несколько тёмных прядей выбились из пучка и упали на бледное лицо.

Незнакомка была облачена в обычные брюки и куртку, припорошенные пылью. Судя по всему, работала в стабуле: ухаживала за животными и, может, преподавала.

– Почему не позволяет?

– Это горная парпара. Дикая. Их редко приручают, – пожала она плечами. – Да и начинать надо с детства.

А она попала к нам полтора месяца назад.

– Неужели за это время она больше никого не подпустила? – удивилась я.

– Разве что перестала бросаться на меня, – невесело усмехнулась женщина. – Её принесли боевые маги с практики. Видимо, считали, что мы сможем приручить. Приручать мы не пытались. Надеялись выходить и выпустить на волю. Но эта строптивица и лечиться отказывается. У неё воспаление, но она даже воду не пьёт. Переворачивает поильник!

Виверна затарахтела ещё громче и тяжко выдохнула через нос.

Перед нами в воздухе заискрилось синеватое пламя, обдав моё лицо жаром. Надо же, она и так умеет.

– Магию не трать, – пригрозила ей пальцем женщина. – А то подружка испугается и сбежит.

Виверна прониклась и стиснула меня крыльями сильнее. Теперь стало трудно дышать.

– Видимо, действительно подружка ей нужна была. У нас тут одни парни. А вы примерно одного возраста, – она коротко рассмеялась, хлопнув себя по бедру. – Сейчас принесу лекарства.

И только попробуй не выпить. Заберу твою подружку. Ей, между прочим, испытание проходить надо, а не больную упрямицу на крыло ставить. Меня Исма зовут, кстати.

– Малика. Можно просто Али.

– Али… Мне нравится, – улыбнулась она. – Сейчас ворочусь, – подмигнув мне, женщина ушла, предварительно закрыв за собой дверь денника.

Виверна скорбно провыла. Похоже, она всё понимала, и слова Исмы её расстроили. Признаться, обеспокоенная её состоянием, я совсем забыла, с какой целью вошла в стабулу.

Наверное, мне стоило подружиться со здоровой виверной для прохождения испытания, но как оставить эту больную малышку?

– Кстати, у тебя есть имя?

– Имени нет, – раздались слова Исмы. – Напои-ка её сначала, она уже сутки не пьёт.

Женщина наполнила водой опустошённый поильник, прикреплённый к двери.

– Я ей уже наливала, – призналась. – Когда заходила переодеться.

– О, так это замечательно. Пусть пьёт, ей сейчас очень надо.