Гамбит

– Или Щенку что-то привиделось. Соколиный Глаз, бери Торна и ступайте проверить, остальным ждать. Никто не стреляет без приказа.

Они ждали.

Когда пара разведчиков исчезла с глаз, только это им и осталось – ожидание доклада и вслушивание в очередные вздохи в микрофоне – знак того, что эти двое все еще живы. И, конечно, едва только смолк шум канонады, вернулись прочие звуки.

Кто-то пробежал за спиной?

А может, странный плеск воды – это чьи-то шаги?

Лежит ли еще там дальше Киса или от нее остался только рюкзак?

Это чей-то плач слышен на болоте?

Хихиканье?

Тихий разговор?

Щелканье вставляемого магазина?

Говорят, можно привыкнуть ко всему.

Популярная среди солдат взвода Картрайт теория гласила, что граница могла выдержать лишь один патруль – и им всегда был следующий.

– Да я, сука, уверен, что там кто-то есть, – прошептал СиДжей в микрофон комлинка.

– Я ведь с самого начала так и говорила.

– Киса, как раз это ничего не значит. Ты бо?льшая паникерша, чем Джеки, – Шкаф удобно опер пулемет о рюкзак и присел на корточки – уже не лежал в грязи.

– Хватит болтать. Ждем.

– Так точно.

– Так точно.

Доклад пришел через несколько минут всматривания в темноту и попыток анализа появляющихся на усилителях картинок загадочных пятен, которые с первого дня их пребывания на Болоте стали головной болью техников.

– Господин сержант, там и правда ничего нет. Синтия, полагаю, ошиблась.

Макнамара встал и отряхнул штаны, хотя руки его были не в лучшем состоянии.

– Ладно. Встаем, собираемся. Призраков мы уже расстреляли.

– Но, сержант…

– Спокойно, СиДжей. Мы проверили. Там никого нет.

В темноте поднимающиеся из воды солдаты казались вылепленными из грязи. Вежбовский пытался вытереть ладони, мрачно глядя на мокрый мундир. Еще три часа… Патруль обещал быть долгим.

* * *

Команда к возвращению пришла почти сразу после стрельбы. Не обычное: «сократить трассу патруля», но заставляющее обеспокоиться «немедленно направиться к точке координат и ждать транспортер».

Самого уже «немедленно» было достаточно для беспокойства, а ожидающий транспортер был почти как восклицательный знак. Никогда, если солдаты чувствовали себя хорошо, если у них были здоровые ноги, транспортер не ждал их, предпочитая не рисковать «бог-весть-как-редко» привозимыми запчастями. Со времени завершения кампании на Болоте все шло в довольно спокойном темпе.