Тихая ложь

Как я мог забыть? Она родилась в Бразилии, но в этом имени есть что-то арабское.

– Просто добавляет шарма. Мы ведь все-таки на Ближнем Востоке, разве не так?

Яаль засмеялся. Когда они подошли к двери, он пропустил ее вперед, и Сиван, выходя, коснулась плечом его руки. Каким бы невинным ни казалось это прикосновение, для нее оно значило неизмеримо много. Никогда в жизни не удастся ей избавиться ни от скрытой любви к Яалю, ни от постоянного чувства вины.

Они направились к центру района, пересекли улицу Ядидей-Френкель и зашли в битком набитое кафе.

– Никак не могу прийти в себя после твоего предложения, – произнесла Сиван, когда они смогли найти свободный столик и сделали заказ.

– Это было не предложение. Все уже решено.

– Но почему? Ты ведь даже не помнил, как зовут мою дочь. И дело тут вовсе не в деньгах. У меня тоже их хватает. Я просто пытаюсь понять.

– Я же сказал тебе, – терпеливо ответил он, – что у меня больше никого нет. Я пытался забыть все, что было, больше десяти лет прожил с женщиной, которую не любил.

Под конец она тоже поняла, что я не могу дать ей того, что она ищет, и ушла неудовлетворенной. Когда тетя завещала мне эту квартиру, я начал думать, что же мне делать. И тут я вспомнил про тебя и Лайлу. Бамби навсегда останется моей единственной женщиной. Только ее одну я любил. Что еще я могу для нее сделать, кроме как позаботиться о вас? Если не о вас, то о ком?

– О Долев. У нее тоже есть дети.

– Долев моложе Бамби на четырнадцать лет. Ты же с Бамби почти как один человек.

И выросли вы вместе. К тебе я чувствую близость, которую не испытываю по отношению к Долев. Когда я думаю о Бамби, представляю себе ее, я всегда вижу тебя. Ты – это часть ее. А Долев – она сама по себе.

Все это случилось так давно, а он все еще живет той жизнью. Так никуда и не продвинулся. А чему она, собственно, удивляется? Ведь она тоже никуда не продвинулась.

– А как же твоя сестра? Она на тебя не обидится?

– Это ее не касается. Маргарита завещала эту квартиру мне, значит на то у нее были веские причины.

У Мор все в порядке, и она никак не связана со всей этой историей.

– Ну хорошо, – улыбнулась Сиван. – Я не буду возражать. Я рада, и Лайла тоже будет рада. Она очень любит этот район. Два года прожила со своим парнем на улице Уриэля Акосты, пока у них не начались проблемы.

– Ты можешь предложить ей переехать жить в эту мою квартиру. То есть теперь твою квартиру, – поправился он. – После ремонта.