Мышеловка для полковника

Помогает нам в общении с местным населением.

– Рада познакомиться. Джин Роджерс, – она протянула лейтенанту руку.

– Полковник медицинского корпуса. Наше светило, – добавил Харрис.

– Для меня честь, мэм, – лейтенант смущенно пожал ее пальцы.

– Для меня, похоже, тоже, – догадалась Джин. – Генерал Абдул-Рашид Дустум – это ваш родственник?

– Да, дядя, – признался лейтенант.

– Это прекрасная рекомендация, – кивнула Джин. – Что ж, идемте к пострадавшей. Не будем терять время.

– Меня выдали замуж, чтобы две семьи примирились.

Джин присела на край постели больной. В белесом свете лампы, висевшей над кроватью, на бледном, бескровном лице девушки выделялись горящие как угли черные глаза. Вместо носа и рта – две дыры с рваными, плохо зажившими краями. Девушка не говорила, она шептала, и переводчику пришлось наклониться, чтобы разобрать ее слова.

– Когда-то мой дед убил мальчика в их семье, это был кровный долг, и меня отдали, чтобы вражда утихла. В той семье меня ненавидели, они били меня, и я убежала.

Но меня поймали и посадили в тюрьму. Там в камере было восемь женщин, все они курили опиум, и я едва не пристрастилась к этому. Хорошо, отец забрал меня через два месяца. Но оставить дома он меня не мог и снова вернул мужу. Все началось сначала.

Девушка всхлипнула.

– Успокойтесь, – Джин ласково взяла Айшу за руку. – Теперь все уже позади.

– За непослушание меня наказали. Отрезали мне все, вы видите.

Она прикоснулась пальцами к лицу, глаза заблестели от слез.

– Как они делали это, я не помню, я потеряла сознание.

Когда я открыла глаза, то ничего не могла видеть, все лицо было залито кровью, а там, где был нос, ощутила холод. Они бросили меня умирать в горах. Но я собрала все силы и дошла до отцовского дома. Но отец опять не оставил меня – ведь тогда пострадали бы все остальные члены семьи, а у меня еще семеро младших братьев и сестер. За кровный долг их бы всех убили. Он добился от мужа согласия, что меня подлечат, и я вернусь. И мне снова пришлось переступить порог их дома.

Девушка опять всхлипнула.

– В ту же ночь он снова начал издеваться надо мной. И тогда я не выдержала. Я поняла, что отец меня не защитит и рассчитывать мне не на что. Решила покончить с собой. Лучше умереть, чем так жить. Рано утром ушла из дома, пробралась на двор к соседу, украла у него солярку, хотела забраться подальше в горы, но боялась, что меня хватятся, увидят, и я не успею ничего сделать. Потому подожгла себя прямо на дороге.