Мышеловка для полковника

Здесь я боюсь оставаться, здесь мне совсем не на кого положиться.

– Хорошо, когда вылечишься, поедем с тобой к Снежане в Чикаго, обещаю, – твердо ответила Джин. – За это время я все подготовлю для тебя – документы, жилье. Вот Борис мне поможет в том, что касается выезда из России. Так что тебе совсем не нужно расстраиваться.

Она наклонилась к Милисе, поправляя ей волосы на лбу.

– Сейчас главное – как можно скорее поправляться, чтобы началась новая, интересная жизнь.

– Она бы никогда у меня не началась, если бы не вы.

Голос Милисы дрогнул, она снова готова была расплакаться.

– Без вас мне даже надеяться было бы не на что и не на кого. Это просто Бог смилостивился надо мной, что послал вас ко мне, – слеза скатилась по ее щеке. – Благодаря вам я снова начинаю верить, что все-таки в мире существует добро, а прежде он представлялся мне сплошь черным.

– Не надо отчаиваться. Не надо, – Джин успокаивающе погладила Милису по руке. – О тебе заботится столько людей. И я, и вот Борис, и господин Хомский, и его помощники.

Вместе мы обязательно сделаем что-нибудь путное. Жизнь наладится, ты будешь с радостью смотреть на себя в зеркало, к тебе вернутся мечты, ты будешь жить в большом, красивом, современном городе и не будешь чувствовать там себя чужой, я тебе обещаю. Я познакомлю тебя со своей семьей, ты не будешь одинока. Возможно, ты продолжишь изучать биологию, возможно, найдешь для себя другую профессию. Обязательно встретишь человека, который станет тебе опорой, будет заботиться о тебе. Я уверена в этом. И все, что ты пережила в Сирии, забудется, как страшный сон. Все так и будет.

– Все так и будет, – тихо повторила за ней Милиса. – Жить в Америке, да еще иметь там работу, друзей. Разве я могла мечтать об этом? Мне до сих пор кажется, что все это какой-то розыгрыш, обман. Вы даже не представляете, какую жизнь я вела раньше, госпожа, в каком захолустье.

– Но я же не обман, не видение, – все так же уверенно ответила Джин. – Вот я, перед тобой. Ты можешь видеть меня, прикоснуться ко мне.

Значит, и все остальное тоже не обман. Не сон, не бред. Все сбудется. Надо надеяться. Надо надеяться, дорогая.

Наклонившись, она поцеловала Милису в лоб.

– Я рад познакомиться со спасительницей своей пациентки.

Джин услышала приятный мужской голос и обернулась.

– Это доктор Хомский, – сказал ей Борис. – Привет, Геннадий. Я тебе звонил.

– Я был на консилиуме. Очень сложный случай. Геннадий, – он протянул Джин руку.

Джин встала.