Счастливая Жизнь Филиппа Сэндмена

– Да-да, я вижу. И играют довольно неплохо, – поспешил заметить Филипп, – но зачем было брать «Ромео и Джульетту»? Сделали бы «Двух веронцев» – там всего-навсего семнадцать персонажей, хотя есть еще и собака.

– А наш худрук, скорее всего, кроме Джульетты ничего и не знает, – вдруг поддержал разговор тучный, но дружелюбный Алекс, а кое-кто даже хмыкнул. Подул легкий ветерок облегчения.

– Да и зритель пошел не очень-то требовательный, – заметила Агнесса. Филипп снова вспомнил мотивы своего прихода в Молодежный театр сегодня утром, но сейчас его не совсем устраивал тон, с которым та, которая совсем недавно, сама того не подозревая, придала его существованию некий смысл, говорила эту фразу.

Звонкий молодой голос не должен говорить такие слова с чувством обреченности!

– Но вы ведь сами к себе требовательны? Честны? Вы ведь делаете то, что любите, а не наоборот, не так ли? Ведь вы даже костюмы друг другу чинить станете, если надо будет! На таком энтузиазме и основывался этот театр в момент создания.

Он не знал, к чему приведет его монолог, но ему хотелось в очень сжатые сроки войти в доверие.

Внимание к своей персоне привлечь он сумел. Его слушали, пытаясь понять мотивацию и предугадать дальнейшие действия.

– А как же! Сами к себе… да, требовательны. Иначе бы сюда не пришли, – несколько неуверенно отвечала Агнесса. Аарон продолжил:

– Худрук худруком, но мы и сами над собой работаем. Да нет, все не так страшно, мне кажется. – После он обратился к своим сокурсникам. – Его папа был одним из создателей этого театра.

С этого момента на Филиппа стали смотреть уже другими глазами. Те, кто уже собрались и готовы были уходить, подтянулись поближе.

– Можно прийти, можно сесть, можно начать слушать и записывать все лекции, можно много репетировать и даже регулярно играть перед зрителем, но при всем при этом не достигнуть того, к чему стремитесь. Отсюда же исходит общее неудовлетворение и пренебрежительное отношение ко времени. Время же беспощадно.

«Чего-то я расфилософствовался.

Пора уж переходить к делу», – решил Филипп.

– Я просидел все три часа репетиции. Там, наверху. Признаться, выглядело все это не совсем убедительно, но таков, видимо, замысел режиссера. Меня вот что интересует: как у вас распределялись роли в этом спектакле и как прорабатывались персонажи?

– Худрук распределил, – ответил Артур. – Курс вообще-то не его был, он у нас недавно – с конца прошлого года. Пришел, познакомился, какое-то время успел что-то преподать.