Немая девочка

Но там и тогда…

В его прихожей, после выстрела.

Радовало его лишь то, что на работе периодически оказывалась Ванья. Она была истинной причиной того, почему он по-прежнему ходил в офис.

Их отношения в последнее время немного улучшились. Шок от известия, что Вальдемар ей не родной отец, полностью перевернул ее жизнь. Она почти перестала подозревать, что ее лишили стажировки в ФБР из-за Себастьяна. Казалось, будто она больше не в силах по-настоящему обдумать эту идею.

Это по-человечески понятно: мало кто способен воевать со всеми одновременно.

Сражаться на несколько фронтов. Тогда уж лучше заключить с кем-нибудь хрупкий мир.

Кроме того, Себастиан твердо стоял на том, что он никоим образом не замешан в этом деле. Он дважды взывал к отбиравшей кандидатов комиссии, объясняя, насколько неверное решение они приняли. Разумеется, он оба раза проследил за тем, чтобы Ванья окольными путями узнала о его героических попытках. Комиссия не изменила своего решения: Ванья Литнер может подавать документы в следующий раз, когда на базе Куантико вновь появится место.

Правда, борьба Себастиана все равно окупилась.

Через несколько дней после последней попытки он столкнулся с Ваньей в коридоре. Она вроде немного смягчилась. Казалась усталой, не настолько воинственной, не настолько готовой при первой возможности наброситься на него. Даже поздоровалась. Сказала, что слышала о его заступничестве перед комиссией, и потом рассказала, что ее отец ей больше не отец.

Они стали ближе друг к другу.

Не настолько близки, как раньше. Но тем не менее. Это – начало, и после той встречи мысли об Урсуле немного отошли на задний план.

Ему снова есть на чем сосредоточиться.

Ванья даже не стала раздумывать над тем, садиться ли опять к Анне в машину.

Ей требовалось держать дистанцию между собой и женщиной, приходившейся ей матерью, но ведущей себя совершенно не как мать. Это было ясно.

За окнами такси весна продвинулась довольно далеко, хотя был еще только апрель. Тепло держалось уже больше недели, и чувствовался привкус начала лета.

Несмотря на это, Ванья ощущала себя заледеневшей изнутри. Брошенной. Отец ей больше не отец. Как относиться к матери, вообще непонятно.

Кто же у нее остался?

Билли – нет. Уже нет. Они были как брат и сестра, которых разнесло в разные стороны. Он полностью погрузился в отношения со своей невестой Мю, с которой Ванья, хотя они вместе уже год, виделась только мельком. А теперь они собираются пожениться.