Печать Демона. Мятежница

 – Тебе нужно думать о себе.

– Она права, – я удержала друга за запястье.

Майклу предстоит работать среди стражей. Нельзя ему обнимать девушку, совершившую покушение на командование. Даже если она его сестра и действовала по приказу.

– Ты повзрослела, – вымученно улыбнулся он и всё же протянул к ней руку, чтоб слегка сжать пальцами её плечо.

– Год прошёл, даже больше, – она с опаской посмотрела на меня, но снова перевела взгляд к брату. – Как мама?

– Надеется, что ты вернёшься.

– Объясни ей, что не получится, – прикусив губу, девушка отвела взгляд и судорожно вздохнула, пытаясь сдержать слёзы.

Но всё же несколько солёных капель скользнуло по её щекам. В этот момент проявилась энергия портала, а за ней на сознание навалилась давящая сила Джибриэля. Он не сдерживал свой резерв. Серафиму открыли дверь, и он широкими шагами вошёл в помещение. Как всегда предпочёл облачиться в костюм. Всё белого цвета: пиджак, рубашка, галстук, обувь. Лишь сияли золотом глаза и отливали алым светлые волосы.

За ним последовали ещё семеро архангелов, но их лица даже не запомнились. Потому что смотрела я только на одного из сопровождающих серафима. В портале показался Белиал.

Держись, – голос Лилит заставил вырваться из омута одолевающего сознания замешательства.

Печатник снова предстал в личине Джошуа. В отличие от серафима он был одет по-спортивному: в брюки с накладными карманами и обычную красную футболку с чёрными абстрактными узорами.

– Прощай, – шепнула Майя Майклу, когда её повели к делегации ишимов.

Он порывисто развернулся, глядя ей вслед. Ладони до побеления костяшек пальцев сжались в кулаки. Лицо Майкла застыло, глаза покинули эмоции. Мне было больно видеть его таким.

Джибриэль окинул подошедшую к нему Майю недовольным взглядом. Хлёсткий звук пощёчины прорезал мрачную тишину помещения. Девушка не издала ни звука. Лишь отклонилась в сторону от силы удара. Серафим удержал её за запястье, не давая упасть. Стиснув челюсть, Белиал отвернулся, словно ему было неприятно это зрелище.

Майкл сделал несколько шагов в сторону серафима, но замер, когда я выступила перед ним, положив ладонь на его грудь.

– Это провокация. Пожалуйста, – я с мольбой заглянула в его глаза, и он резко дёрнул подбородком, выругавшись под нос.

Ярость в нём была так сильна, что ощущалась физически. Передо мной вновь стоял воин, которого я увидела в нём при открытии Врат: опасный, безэмоциональный, внушающий силу. И благоразумный, что особенно важно.