Перезагрузка

Теперь моя песня звучала бы так:

Я пила красное вино после овуляции

и грейпфрутовый сок – до,

Я лежала с ногами, устремленными в потолок,

после соития – вот!

Мой рацион – орехи и сливочное мороженое,

в общем, обезжиренный жир,

Перуанская мака и фолиевая кислота,

корневища и прочий инжир,

Аскорбиновая кислота и всякая мутота,

витамины, масло примулы, цинк,

Бесконечные БАДы за безумные «бабки»,

акупунктура – да, настоящий цирк.

И мужу еще покупала большие трусы, чтобы

не грелись яйца его и всегда были свежи.

Я сдавала анализы на прогестерон

и исследовала из матки слизь.

Делала тесты на овуляцию, и потом мы

с мужем…

В итоге я превращаюсь в развалину. Что еще сказать? В любой другой ситуации я бы просто посмеялась надо всем этим. Но грезы о ребенке сделали из меня идиотку, которая бродит по форумам в интернете и верит во всякую чушь.

Вот, например, недавно прочитала поучительную историю про женщину, которая забеременела благодаря тому, что во время овуляции слушала Адель?[14 - Адель Лори Блу Эдкинс (р.

1988) – британская певица.] в позе индианки. От отчаяния я уже верю и в эти бредни.

«Не думайте обо этом». Как можно не думать о том, о чем только и думаешь? Это то же самое, что сказать людям, на которых сбрасывают бомбы, не думать о бомбардировке: «Просто расслабьтесь».

Иногда ученый, еще сохранившийся где-то в глубине моего сознания, вдруг просыпается, и тогда понимаешь, что из всего этого ничего не выйдет. Шанс забеременеть появляется у женщины раз в месяц и составляет около двадцати процентов.

А в тридцать пять эта вероятность гораздо меньше. Я бреду с закрытыми глазами, бросая вызов теории вероятностей. И от близкого человека мне не приходится ждать никакой помощи.

Сами

Я продолжаю прятаться у Маркуса и работать удаленно. Все больше убеждаюсь в том, что семейная жизнь создана для меня. Маркус извиняется за хаос, который царит у них дома. И совершенно напрасно. Мы и живем на свете ради хаоса, в особенности – создаваемого детьми.

Никакого другого хаоса мне, впрочем, не надо. Я даже не звонил своей девушке Йенни, чтобы не пришлось врать и что-то придумывать из-за байкеров. Теперь звонит она сама и мне ничего не остается, кроме как ответить.

– Привет, Сами, нам надо поговорить.

– Прямо так, по телефону?

– Да нет, можно у тебя.

– Там… в квартире не прибрано. Вернее, у меня протечка.

Наверное, лучше врать всем одинаково, чтобы не запоминать, кому что наплел.