Одинокий отец познакомится

Один раз она сумела рассмотреть женщину в белом платье, которая играла в ручной мяч с большой черной собакой.

Автомобиль подъехал к высоким чугунным воротам, приостановился, словно давая себя рассмотреть. Ворота бесшумно распахнулись, и они въехали на широкую гладкую дорогу, прорезавшую старый мрачный парк. Впереди высилась черная громада замка с острыми башнями и шпилями, украшенными статуями жутких монстров. А может, и не статуями: вон как глаза ворочаются, провожая взглядами движущийся автомобиль.

Жуткое место! Страшное и негостеприимное!

Дон Мегель помог Лорен выбраться из машины и повел ее к высокой парадной двери.

– Добро пожаловать в замок Черных Химер. Ничего не бойтесь. Ваш хозяин – человек эксцентричный, но не страшный. Поверьте мне, множество женщин мечтает оказаться на вашем месте.

Он вел Лорен по полутемному коридору, освещенному редкими светильниками, и девушка думала, что, наверное, каторга была бы более приятным местом, чем этот замок.

– Ждите.

– Дон Мегель!

Лорен от неожиданности подскочила на месте.

Откуда он взялся? Темная фигура отделилась от тени у стены, и на свет вышел молодой стройный мужчина в черном костюме, сидящем на нем безукоризненно.

– Константин! Это подарок для хозяина. Объяви, пожалуйста.

Лорен поежилась под пристальным взглядом Константина и опустила глаза. Сердце больше не колотилось как бешеное, только руки чуть дрожали. Обратного пути нет!

– Подарок для его светлости гранд-герцога Марка Эмилия Сантьяго Ортис де Сарате-Мальдонадо!

Для кого? Для герцога Ортиса? Твою же!.

. Лорен покачнулась от ужаса. Она – подарок для Синей Бороды!

Но дверь уже распахнулась, и дон Мегель втолкнул ее в зал. Со всех сторон хлынул яркий свет, Лорен увидела множество людей, которые дружно смотрели в ее сторону. Впереди разодетой толпы стоял мужчина, чье лицо она сегодня рассматривала в газете. Дон Марк собственной персоной. Элегантен и разъярен. Нет, не разъярен, он в бешенстве!

***

Марк был без настроения.

С утра в замок стекались гости, чтобы поздравить его старших детей с зачислением на первый курс Лунденского Университета. Близнецы отбывали завтра, хотя занятия начинались только через три недели, но Альба мечтала посмотреть северные провинции, и друг Марка обещал повозить их по стране.

На сердце было беспокойно, впервые его дети покидали отцовский дом. Да и газетчики изрядно нервировали, но нельзя просто так выставить из дома всю эту толпу.