Черный вдовец

 – Я несказанно рад прекрасному началу вашего брака!

Ринка не совсем поняла, что именно доктор назвал прекрасным началом брака, может быть, что ее до сих пор не съели фамильные привидения? А, неважно. У нее слишком хорошее настроение, чтобы думать о всякой ерунде. Тем более что она ужасно, просто ужасно голодна!

Как всегда после хорошего секса… но… это же был сон! Так что – просто потому что завтрак был очень давно.

– Для вас – фрау Рина, доктор. Сегодня фрау Шлиммахер приготовила вишневый штрудель, вы же не откажетесь составить мне компанию?

– Божественный запах!.

– Э… мне нужно раздеться?

– Нет-нет, что вы! – доктор попятился в удивлении, а Ринка мысленно надавала себе тумаков: как можно было забыть, что здесь не двадцать первый век с его свободой нравов! – Я все прекрасно увижу и так.

– У вас все совсем иначе, чем я привыкла, – вздохнула она и похлопала ресницами: роль блондинки – спасение от любых неудобных вопросов. – Сложно вот так сразу в незнакомую культуру, не зная толком ни ваших традиций, ни взаимоотношений.

– Что такое пираньи?

– Такие зубастые рыбы. Герр Мессер, я не знаю, что вам рассказал Людвиг…

Доктор поднял раскрытые ладони:

– Ничего, ровным счетом ничего! – разулыбался он. – Ваши секреты пусть останутся при вас. Я, видите ли, очень ценю спокойный сон и рассчитываю дожить до старости. Глубокой старости. Моя забота – ваше здоровье, фрау Рина. Надеюсь, ваш супруг не будет против вопроса: атипичная реакция на проклятия – это свойство всей вашей семьи или только ваше?

– Понятия не имею, – она снова похлопала ресницами как можно наивнее.

– У вас, видимо, крайне благоразумные соотечественники. Вы позволите вашу руку?

– Разумеется! – по крайней мере, тут она не опростоволосится. Это всего лишь рука. – А скажите, герр Мессер, вы были знакомы с фрау Эльзой Бастельеро?.

На лице доктора расплылась чисто мужская самодовольная улыбка, он кивнул и начал было говорить, но тут распахнулась дверь, и на пороге показался Людвиг.

Ринка шагнула ему навстречу, позабыв, что доктор держит ее за руку – так рада была, что супруг вернулся…

– Фрау Рина, герр Мессер.

И без того хмурый Людвиг нахмурился еще больше, от него пахнуло физически ощутимой злостью. Ринка в недоумении замерла.