Во власти чудовища

На прикроватных тумбах – магические светильники, с той стороны, где спала Тина, низкая серебряная ваза с белыми ромашками. Строго, изысканно, дорого.

– Добрый день, госпожа Тина. Как вы себя чувствуете? – Горничная лорда протянула белоснежный махровый халат и чуть заметно улыбнулась. – Мое имя – Сильвия, я помогу вам освоиться в доме хозяина.

Тина молча надела халат, позволила Сильвии расчесать себя и так же молча спустилась следом за ней на первый этаж, в большую светлую столовую.

В голове было пусто, никаких мыслей, никаких эмоций и желаний. Никогда еще Тина не чувствовала себя так безразлично. Ей бы испугаться, но даже этого она не смогла.

– Ваша общая эмоциональная слабость пройдет, как только вы выпьете это лекарство. – Сильвия подала поднос со знакомым высоким стаканом и пояснила, увидев отвращение во взгляде Тины: – Это вернет вам хорошее настроение.

А надо ли? Так хорошо быть безвольной куклой…

– Господин приказал влить в вас его силой, если будете сопротивляться.

Лорд не любит марионеток, – не меняя интонации, сообщила ей горничная.

– Хуже, чем есть, уже не будет, – буркнула Тина, но стакан взяла.

– За годы службы у лорда я видела людей в более бедственном положении, чем вы.

«Это она так завуалированно сказала, что не стоит искушать судьбу», – поняла девушка, допивая солоноватую жидкость. Вопреки ее ожиданиям, хуже не стало, по телу разлилась энергия, захотелось есть, голова перестала казаться лишним предметом, а начала немного думать.

– Спасибо, Сильвия, мне действительно стало лучше. А где хозяин этого дома?

– Его светлость во дворце.

И это отлично! Ибо видеть лорда не было ни малейшего желания. Тина еще помнила его прикосновения, взгляд, тихий сочувствующий голос и боялась, что если он дальше будет так себя вести, она может забыться и поверить ему, а этого допускать нельзя ни в коей мере! Он палач, она в его власти, стоит забыть об этом, простить, довериться, как можно потерять намного больше, чем жизнь.

Тина с любопытством осмотрелась по сторонам. Кто бы сомневался! Белоснежная столовая утопала в белых цветах, их ярко-зеленые листья создавали контраст с белыми стенами, с белоснежным столом на гнутых резных ножках и пузатым буфетом ему под стать, за стеклами которого переливались на солнце хрусталь и бело-зеленый чинский фарфор.