Библиотека с чудинкой. Детективные истории

Мы обязаны подозревать всех. – Татьяна ничего не ответила, а он, потирая руки, вдруг весело воскликнул: – Ой, мороженое-то совсем растаяло! Надо срочно его уничтожить, – и он принялся с усердием опустошать содержимое своей вазочки, периодически бросая на Татьяну весёлый взгляд.

Она посмотрела на него и опять подумала с удивлением, как в этом мужчине странным образом уживаются одновременно и жёсткий опер, и весёлый мальчишка? Постучала в задумчивости ложечкой о край вазочки, и тоже принялась за мороженое, успевшее превратиться за время их разговора в прохладную кашицу.

В сумке у неё задребезжал телефон. Звонил муж, интересовался, во сколько она будет дома, так как он сегодня задерживается на работе, а кот дома не кормленный. Татьяна ответила ему и засобиралась уходить, сообщив Корешкову, что дома её ждёт голодный кот.

Он усмехнулся и шутливо спросил:

– Это он звонил?

– Нет, – не поняла шутки Татьяна, – муж.

– Понятно, – ответил опер.

– У вас, наверное, тоже жена беспокоится? – спросила она, вставая и застёгивая пальто.

– Я в разводе, – сухо ответил Корешков и тоже встал. – И дома меня никто не ждёт. Даже кот.

– Так заведите. Или собаку, – предложила совершенно искренне Татьяна.

– Не могу. Никто не выдержит моей работы. Жена не выдержала и ушла. К другому. А кот или собака куда уйдут? На улицу? Нет, – он покачал головой. – Я не могу этого позволить. Потому что животные это самые лучшие люди. И подводить их нельзя.

– А людей можно? – спросила Татьяна и, не дав ему ответить, добавила: – По-моему, животные даже лучше людей.

– Наверное, вы правы, – сказал Корешков. – Я провожу вас? Позволите?

– Проводите, – согласилась она и направилась к выходу. Корешков проследовал за ней. – Да, – спохватилась она, – сколько я должна вам за мороженое?

– Вы что? – он даже обиделся на её вопрос. – Я что не могу позволить себе угостить симпатичную женщину мороженым? Обижаете, Татьяна Васильевна.

Она улыбнулась и ничего не ответила.

На улице уже стемнело, и она побаивалась ходить одна по вечерам по подворотням центра города.

Жила она недалеко от библиотеки, и хоть все большие улицы в центре освещались очень хорошо, но стоило свернуть в какой переулок, как пугающий полумрак или полная темнота окутывали тебя со всех сторон и типичный Петербург Достоевского рисовал в мозгу всякие страшные картинки.

Корешков шутливо спросил:

– А муж мне физиономию не начистит?

– Нет, – на ходу ответила она, – он на работе ещё.