Механизм самоубийства. Память очищена

– Модель автобуса вам известна? – сунув руку в карман чёрной кожаной куртки, Саша достал небольшой блокнот и карандаш.

– Нет, – мотнув головой, всхлипнула Маша.

– Может быть, номер автобуса? – увидев вновь отрицательный жест, Александр почесал лоб. Цвет? Вы помните цвет автобуса?

Зажмурившись, девушка стиснула зубы, пытаясь восстановить в памяти образ автобуса.

– Синий! – воскликнула Мария, обернувшись к сидящему на стуле полицейскому.

– Уже что-то, – сделав заметку, Саша улыбнулся.

– А вы кто? – обратившись к стоящему у входа мужчине, Мария смущённо подтянула одеяло к подбородку.

– Я? – удивился Александр, приложив к груди блокнот.

– Я Макс, – произнеся своё имя, мужчина в коричневой обтягивающей футболке, в потёртых джинсах, снял солнцезащитные очки и прикрепил их к горловине футболки. Освободив руки, он провёл ладонями над головой, едва касаясь тёмно-русых волос, зачёсанных к затылку. – Мы вместе занимаемся этим делом, – подперев дверной косяк, мужчина сложил на груди руки, – попутно ловим мерзавцев.

 – Подмигнув девушке, Макс тут же поник, уловив недовольство во взгляде старшего напарника.

Александр убрал блокнот и карандаш в карман затем и продолжил:

– Скажите, знаком ли вам кто-нибудь из этих людей? – развернув фотографии, полицейский стал методично показывать их Марии. Множество детских лиц смотрело на Марию умоляющим взглядом, в надежде пробудить в ней воспоминания.

– Он! – воскликнула девушка, взглянув на последнюю фотографию.

Развернув фото, Александр взглянул на запечатлённого на снимке молодого человека:

– Его зовут Алексей, вчера ночью он ушёл из дома и до сих пор не вернулся.

В памяти мелькнула бессвязная вспышка, в которой Алексей передаёт ей наушники:

– Он был в автобусе… – Закрыв глаза, Мария увидела тянущуюся к ней окровавленную руку Алексея.

– Он сделал это с вами? – упёршись локтями в колени, Саша сложил пальцы в замок.

– Я… не уверена, – проваливаясь в сон, произнесла Мария.

***

Крохотная лампочка освещала небольшое помещение.

Оголённые бетонные стены впитали в себя весь смрад, весь ужас, что наполнял эту комнату. Взяв из лежащей у стены груды детской одежды розовую курточку, Мария обмотала ею кровоточащую культю. Трясясь, подошла к ветхой двери, из которой торчал топор. Напрягаясь из последних сил, девушка раскачала его и вырвала из двери, будто больной зуб. От слабости не сумела удержать тяжёлое орудие, и коснувшись пола, топор издал звон.