Старый камин. Мистические и загадочные истории

Александр Сергеевич тем временем вежливо раскланялся с присутствующими, снял цилиндр и, откинув полы фрака, уселся на стул, который ему тут же услужливо поднёс тот самый старик Прошка, слуга Изобретателя.

Марианна услышала, как какой-то пузатый господин, спросил Пушкина:

– Александр Сергеевич, голубчик. Как здоровье Натальи Николаевны? Я слыхал, она хворает.

– Ничего, Пётр Аркадьевич… С божьей помощью. Уже всё хорошо.

– Ну и славно! – отозвался пузатый.

– А что Гоголя… сегодня не будет? – поинтересовался Пушкин.

 – Давно хотел поговорить с ним о Мёртвых душах.

– Нет. Николай Васильевич сейчас очень от нас далеко. Все томики его разобрали читатели. Школьники-шалопаи разобрали…

– Школьники? – удивился Пушкин. – Не хотите ли вы этим сказать, милостивый государь, что Гоголя читают дети? Он ведь никогда не писал для детей!

– Да уж… Такие времена, знаете ли, настали. Что там Николай Васильевич! И Льва Николаевича Толстого тоже школьники читают.

Да и вас, простите, Александр Сергеевич… И не только, знаете ли, сказочки ваши. А и… Евгения Онегина, смею вам заметить-с.

– Что вы говорите? – искренне удивился Пушкин. – Евгения Онегина? Да-с… Времена-с… Писал для взрослых, а читают дети.

Вдруг какая-то дама, скромно сидевшая в сторонке, громко воскликнула:

– Господа! Господа! А давайте играть в фанты! Право же, уже скоро придёт Изобретатель и нам придётся попрощаться. Когда ещё мы сможем все здесь собраться? Ну, давайте же, давайте… – заканючила дама.

 – Я так редко оказываюсь в одной компании и с Пушкиным, и с Толстым. И даже Булгаков сегодня здесь…

– Кто эта дама? – удивлённо спросил длинноволосый бородатый мужчина в косоворотке у Булгакова. В нём Марианна без труда признала Толстого.

– Лев Николаевич, это не писательница. Это героиня какого-то бульварного романчика, написанного каким-то французишкой. Его книги сейчас не пользуются большим спросом.

Впрочем, как и наши с вами. Сейчас, знаете ли, всё больше в моде простенькие детективчики…

– Господа! Что вы имеете против детективов? – включилась в разговор пожилая дама в кружевной блузке.

– Госпожа Кристи, против ваших умных психологических детективов мы не имеем ничего против! – воскликнул Булгаков. – Я говорю о других дамах, которые возомнили себя писателями остросюжетных романов.

Толстой понимающе усмехнулся себе в усы.