Мир проклятий и демонов

Она сидела почти вплотную к костру, словно не боялась, что ее странная одежда может загореться от одной отлетевшей искры. – Я спать не хочу.

– И он тоже! – возмущенно продолжил Магнус, махнув ладонью в сторону Третьего. Вышло так резко, что сальватору пришлось отклониться назад, чтобы не получить по лицу. – Ему сон вообще не нужен, но он, конечно, решил повыпендриваться!

– Ах, какая прелесть, – ядовито отозвалась Клаудия и посмотрела на них. Вплоть до этого момента она следила, как Эйкен самостоятельно снимал шкуру с пойманного Стеллой кролика, и совсем не обращала на остальных внимания.

 – Магнус, хочешь сказать, что ты устал?

– О! О! – послышался радостный голос Стеллы. – Я тоже могу покараулить!

Глаза Пайпер округлились от ужаса, и она едва не подскочила на месте, но замерла – напряженная и будто готовая защищаться. Магнусу пришлось закрыть лицо руками, чтобы не засмеяться в голос.

– Почему вы на меня так смотрите? – непонимающе и обиженно спросила Стелла.

 – Эта одежда мне не подходит? Я надела что-то задом наперед?

– Ты чудесно выглядишь, Стелла, – с примирительной улыбкой сказал Третий. Яркий костер освещал его бледное лицо, и рыцарь краем глаза заметил, как пляшущие отблески подчеркивают его недовольство. – Клаудия, – обратился сальватор, медленно повернув голову в ее сторону, – ты ничего не сказала Пайпер?

– А должна была?

Рыцарь начал считать секунды. Стелла наконец опустилась на ствол поваленного дерева, укрытого тонким покрывалом, рядом с Эйкеном.

Мальчик притих, верно почувствовал, что сейчас что-то произойдет.

Третий глубоко вздохнул.

– Что ж, – кашлянул он, поднимаясь на ноги, словно хотел видеть всех сразу, – Пайпер, познакомься со Стеллой. Еще раз, – на этих словах Третий недовольно посмотрел на Клаудию, но та лишь пожала плечами. – Стелла – про?клятая. На Земле, если я правильно помню, таких, как она, называли оборотнями.

Первая медленно сложила руки на коленях и уставилась на Стеллу.

Та улыбнулась, демонстрируя короткие клыки. Пайпер передернуло.

Магнус не винил ее: если бы он сам не был тем, кто вместе с Третьим нашел Стеллу, то вполне разделял бы настороженность девушки. Стелла-человек сохраняла черты Стеллы-волчицы, из-за чего многим, кто смотрел на нее, становилось неуютно. В частности, из-за желтых глаз и коротких вытянутых ушей, покрытых светлым пушком.