Мир проклятий и демонов

Мышь не была большой и сильной, как Волки или Львы, не могла доставлять послания, как Соколы и Орлы, но она напоминала мальчику о том, с чего он начал. А еще Мышь всегда знала нужную дорогу, даже если Эйкен не приказывал запоминать ее.

Черная Мышь размером чуть меньше ладони беззвучно бежала по каменному полу, виляя тонким хвостом. Эйкен и Стелла неспешно следовали за ней по коридорам и лестницам, пока спустя пару минут девушка неожиданно не ускорилась. Эйкен приказал Мыши вернуться на предплечье и побежал за подругой.

Стелла ворвалась в нужную комнату и, оттеснив уже закончивших работу целительниц, подлетела к оторопевшей Пайпер и выпалила:

– Здравствуй! Как себя чувствуешь?

Стелла хотела наклониться к девушке, очевидно желая по запаху понять ее состояние, но та, резко отодвинувшись, проворно подскочила с кровати и замерла.

– Прости ее, – пробормотал Эйкен, стыдливо втягивая голову в плечи. – Стелла просто… немного переживает.

Первая ничего не ответила. Казалось, она не замечала ни их, ни целительниц, собиравших свои принадлежности в небольшие деревянные сундучки.

Выглядела Пайпер неважно, и дело было даже не в синяках, царапинах и гематомах. Сальватор, стоявшая возле большой кровати с балдахином, выглядела несчастной, раздавленной и напуганной. Ее золотые глаза стали совсем тусклыми.

– Я не помню, – сиплым голосом произнесла Пайпер.

– На нас напали твари, – с готовностью ответил Эйкен, – и нам пришлось дать бой…

– Нет, это я помню.

– А ты… – начала было Стелла, но осеклась – целительницы все еще находились в комнате.

Все во дворе видели, как они попали в Омагу через настоящий портал, но вряд ли об этом стоило и дальше трепаться на каждом углу.

– Спасибо за помощь! – невозмутимо продолжила Стелла, обращаясь к целительницам.

Самая старшая из них – Ветон, свела брови к переносице и недоверчиво уставилась на Пайпер.

– Где вы вообще ее раздобыли? – спросила целительница, ничуть не смущаясь.

Ветон была из семьи фей, поколениями применявшей чары для врачевания. Однако Вторжение и последующая жизнь в Диких Землях лишили ее семью необходимой силы, и Ветон стала последней, кто мог использовать крохи магии через сигилы. Она никогда не тратила чары, которые так трудно было восполнить, на мелкие порезы и ссадины, но, судя по тому, как блестели стальные глаза целительницы, сегодня ей пришлось хорошо постараться.