Взрослые игры

Обиднее всего было из-за ее реакции, ведь мы дружили с детства и всегда понимали друг друга, во всем поддерживали, и вдруг девушка начала вести себя так, будто связь с Димой опустила меня в ее глазах.

Семнадцать лет я была хорошей девочкой, ищущей одобрения и похвалы близких, – и вот, стоило один раз поступить не так, как им хотелось, все коршунами набросились, будто на самого ужасного в мире преступника. Никогда прежде мне не было так мерзко на душе. Я чувствовала себя растерянной и не знала, что делать дальше.

Хотелось встретиться с Димой и все обсудить, чтобы вместе прийти к какому-то решению, но до конца каникул мне запрещено было выходить из дома.

Единственным способом связи оставался телефон, но я ни разу так и не смогла начать разговор, не видя любимых глаз, потому что знала, что, когда раню парня, не будет возможности даже его обнять и объяснить, что я с ним, несмотря ни на что, что готова пойти против всего мира, лишь бы быть рядом. Каждый раз уверенным голосом врала, что заболела, поэтому пока мы не сможем встретиться.

В такие моменты внутри будто что-то обрывалось и кровоточило, но я считала, что поступаю правильно, оберегая любимого от свалившегося на меня негатива.

Я скучала по Диме и боялась потерять такое недолгое, но безумно сильное счастье. Иногда казалось, что мне все приснилось. Я боялась, что парню надоест ждать – и однажды он не позвонит, но он звонил, а я была на седьмом небе от счастья.

На телефоне были сохранены немногочисленные фотографии с его странички в социальной сети, но я все равно заходила во «вконтакте» и раз за разом просматривала его профиль, мечтая, что когда-то окружающие нас поймут и мы сможем разместить в своих аккаунтах наше совместное фото.

Эти мысли грели. Я жила ими.

Родители вели себя спокойно, будто ничего не произошло. Тема Димы стала негласным табу в нашем доме: никто даже не заикался о нем. Лизка все так же встречалась с Ромой и, вроде, у них все шло хорошо. Ураган поутих.

И даже Лерка извинилась за свои нападки, а я ее простила.

Когда однажды мы пили чай в моей комнате, и я делала заинтересованное лицо, в тысячный раз выслушивая историю о нелепом первом сексуальном опыте подруги, на пороге вдруг появилась разъяренная мама.

– Ах ты, дрянь! – заорала она, не обращая внимания на присутствие Леры.

Не успела испугаться и спросить, в чем дело, как родительница начала махать перед носом какими-то бумажками.