Нэнси Дрю. Проклятие

Стойка – длинная, деревянная, потертая, украшенная всякими тематическими морскими аксессуарами вроде рыболовной сети или якорей, – как нельзя лучше подходила для того, чтобы следить за посетителями, попивая газировку. Мы не так уж и многого лишались, заняв место за ней.

– А еще я могу прогнать из-за столика вон тех мерзких девиц из команды запасных, – предложила Лена, указав на желанное место.

Я отмахнулась от нее, не удостоив ответом. Пускай она и впрямь куда чаще лаяла, чем кусала, но порой одного лая было более чем достаточно.

– Отлично! – с облегчением сказала Дейзи. – Тогда я на минуточку сбегаю к Купу и его приятелям, а потом вернусь, и мы устроим девичник, как и собирались!

– Вернешься, ну да, коне-е-е-ечно, – саркастически протянула Лена.

Я еще разок ткнула ее локтем под ребра, и она ойкнула.

– Ну ладно, ладно, не обращай внимания на мои подколы. Наслаждайся моментом. Не торопись. Только не забудь, что тебе еще нас по домам развозить.

Дейзи напустила на себя серьезность.

– Ни за что не забуду! Клянусь… главной ролью в постановке в честь Именин города!

Я удивленно уставилась на нее.

– Что за кощунство!

Если бы я верила в сглаз, я бы непременно предостерегла ее от таких клятв. Но я всегда скептически к нему относилась, с самого юного возраста.

Уж кем-кем, а мечтательницей Нэнси Дрю никогда не была.

Дейзи улыбнулась нам и поспешила к Куперу, чтобы поскорее занять крохотное местечко рядом с ним, а мы с Леной стали пробиваться к двум свободным стульям, оставшимся у стойки, в самом дальнем углу кафе.

С нашего места мы видели коридор, ведущий в кухню, где повара и официантки уже совсем с ног сбились, стараясь обслужить ораву школьников, которые нагрянули к ним после занятий. Не то чтобы я специально навострила уши, пытаясь разузнать, о чем они там говорят – как я уже упоминала, наблюдательность у меня в крови, – но акустика помещения и положение наших стульев делали свое дело, и в результате взволнованные разговоры, доносящиеся из кухни, были слышны мне куда лучше бесед в переполненном зале. Да и, справедливости ради, я не противилась такому раскладу.

– А побыстрее никак нельзя, а, Эйс? – недовольно спросила девушка в кухне.

Она стояла ко мне спиной, и я видела только две черные косы, тянувшиеся вдоль ее спины, – гладкие и блестящие, как лакричные палочки. Парень, к которому она обращалась, Эйс, был мойщиком посуды и работал в «Когте» недавно.