Сквозь зеркальные миры. Книга I. Пролог

Есть поля с невысокой белой травой и с высокой жёсткой коричневой, которая порежет в кровь, если идти сквозь неё. Иногда встречаются заросли кустарников, через которые невозможно продраться, можно только перелететь. На кустах всегда растут либо разноцветные цветочки, либо мелкие ягоды. Живут в этом мире разные маленькие птички и зверушки.

Аурана – это мир ветра, мир воздуха, здесь никогда не бывает штиля, полного безветрия. Воздух – главный правитель Аураны, ауэрлейны, будто, сами состоят из него.

Этот воздух нельзя описать словами, им не дышишь, он окутывает, наполняет тебя, и хочется лететь. Но у меня летать всё ещё не получается.

Здесь всегда день. Темно становится только во время бури, когда поднимается ветер или идёт дождь.

И здесь всегда – осень. По-нашему сентябрь – октябрь. Жары не бывает, также как и морозов.

А ещё – это мир озёр. Рядом с каждым поселением есть озеро: большое или маленькое, солёное или пресное, мелкое или глубокое. Их бесконечно много и все они разные, не похожие друг на друга.

Есть озеро, посреди которого возвышается гора, единственная в Ауране. В этой горе живут Ариолы – прорицатели. Они определяют предназначения всех жителей Аураны. Никто не может пройти в Скалу Ариол, пока они сами не позовут. Я хотел бы встретиться с ними, хотя и не верю в возможность предсказывать будущее, даже в таком волшебном мире, как этот.

Ещё в Ауране есть Целители, врачи по-нашему. Они живут на Острове посреди озера, там же принимают «больных».

Ауэрлейны не болеют, как люди. Инфекций, вирусов, и всего прочего, чего так много в нашем мире, здесь нет. Но ауэрлейны могут устать, хандрить, грустить или раздражаться. Могут плохо спать или наоборот много спать. Могут получить травму. Тогда они идут к «доктору». Целители лечат целебными отварами, настоями. Для каждого такой настой готовится индивидуально. Нет препаратов для всех от всех болезней. Быть Целителем – тоже предназначение, и это очень круто, как сказали бы в мире людей.

Живут ауэрлейны долго, и мало меняются с годами, почти не стареют. Но в этом мире мало детей, я видел их нечасто. Когда ребёнок рождается, определяется его предназначение. Это то, о чём говорила мне мама, и из-за чего она покинула этот мир. Нет свободы выбора, предопределённая судьба.

Помимо свободы выбора здесь совсем нет технического прогресса. Ауэрлейны ничего не изобретают и не усовершенствуют.