Мама для подкидыша

– О чем ты? Хватит пытаться меня отвлечь, сегодня тебе придется… – стараюсь я добиться от нее признания того, что и ей понравился наш поцелуй, как вдруг тоже слышу какой-то странный писк на пустынной парковке. – Что за черт? – начинаю оглядываться, не понимая, откуда он доносится.

– Может, кошка? – достает Хади свой телефон и, включив фонарик, начинает светить им в сторону раздавшегося писка.

– Не похоже…

– Й-и-и-и…

– Это ведь не…

– …ребенок? – заканчиваю я ошеломленно за нее. Откуда ему тут взяться?

– О господи, там мусорные баки! – с ужасом говорит девушка и скользя, но не обращая на это внимания, бежит в сторону баков.

– Черт, Хади! – догоняю ее и со страхом, несвойственным мне, по очереди открываю крышки стоящих около стены баков.

Хади ахает и опускает руку с телефоном, когда видит маленький сверток на груде мусора.

Ребенок.

В голове проносится тысяча мыслей, но самая главная из них, жив ли он?

– Держи телефон, я его достану, – пытаясь справиться с первоначальным шоком, прошу я девушку.

Протягиваю руки и аккуратно беру ребенка, поражаясь тому, как мало он весит. Проверяю его и с облегчением выдыхаю:

– Живой.

– Боже… – всхлипывает Хади, пошатываясь.

– Надо срочно ехать в больницу. Сможешь сесть за руль? – спрашиваю ее, направляясь к своей машине.

– Д-да, – кивает она, пытаясь взять себя в руки и собраться.

– Он весь ледяной, думаю, пролежал там не меньше часа, – трогаю я лоб ребенка. – Поедем на моей, возьми ключи из кармана, – прошу ее, когда мы достигаем машины, и она сразу же слушается, скользя рукой в карман моей куртки.

Хади нажимает на кнопку разблокировки дверей и открывает для меня переднюю дверь машины.

– Держи, укутай его в шарф, – снимает она с головы теплый шарф и протягивает мне. – Сейчас, маленький, – дрожащим голосом шепчет она и помогает мне укутать ребенка. – Надеюсь, нас не остановят, – с волнением заводит она машину.

– Если и остановят, объясним ситуацию, нам сейчас не до соблюдения правил, – говорю я, включая печку.

– Почему он такой тихий? Он ведь пищал! А сейчас словно и не дышит! – выезжая на трассу, паникует Хади, всматриваясь в лицо лежащего в моих руках ребенка.

Глаза закрыты, лицо синюшное…

– Господи, он… – всхлипывает она, и я вижу, как ее глаза наполняются слезами.

– Он живой, – обрываю я ее. – Следи за дорогой. Чем быстрее мы доедем, тем быстрее ему окажут помощь.