Одержим тобой

Последнее, что запомнила перед тем, как провалиться в темноту, был удар моей головы о раковину…

Очнувшись от резкого запаха, ударившего в нос, я тут же попыталась подняться, но сильные руки не давали мне пошевелиться.

– Тише, тише, котенок, не вставай…

Удержав меня за плечи, Брайан вновь заставил меня лечь.

– Я… что случилось?

Как я оказалась в кровати? Последнее, что помню, – это как меня рвало над раковиной.

– Ты ударилась в ванной, когда упала. У тебя жар, Синди.

Боль в голове напомнила мне об ушибе, который я получила прежде, чем потерять сознание.

– Мне было плохо, голова закружилась.

Я никак не могла сконцентрироваться – к боли в голове прибавились судороги в животе.

– Что-то еще беспокоит?

Прежде чем подумать, я выпалила:

– Живот ужасно болит.

О чем тут же пожалела, так как Брайан начал задавать вопросы о моем самочувствии, чего мне совершенно не хотелось. Почему все неприятности происходят именно со мной? Мне было так неудобно перед ним. Мне не нравилось приносить кому-либо неудобства, даже если это был Брайан.

Но он был настолько терпелив и нежен со мной, и я сама, того не замечая, ответила на все его вопросы. Однако мне совсем не хотелось беспокоить доктора Бейкера, это было лишнее. Обычное отравление – через день пройдет. Но спорить с Брайаном бесполезно – это я знала из своего прошлого опыта, к тому же у меня совершенно не было для этого сил…

Мне было так приятно ощущать это тепло под своими губами. Мой спящий мозг еще не определил, что именно это было.

Но оно определенно было приятным. Вздохнув, я не нашла в себе сил, чтобы проснуться, и попыталась вновь забыться сном, когда почувствовала, как это тепло покинуло мои губы. Меня встряхнули за плечи, выдергивая из плена сна.

Я плохо воспринимала все, что происходило дальше. Но как только мой взгляд зацепился за футболку, надетую на меня вместо сорочки, сознание немного прояснилось. Я не могла поверить, что Брайан мог таким образом воспользоваться моей беспомощностью.

К глазам против воли начали подступать слезы. Меня очень обижало такое отношение. Меньше всего мне хотелось быть лишь средством для удовлетворения чьих-то потребностей.

– Нет, как бы мне этого ни хотелось, я предпочитаю, чтобы во время занятий любовью женщина была в сознании, а не в полной отключке. Так что можешь об этом не беспокоиться, сладкая.

Я испытала такое облегчение от этих слов. Но оно продлилось недолго: Брайан решил сам меня переодеть.