Багдадский вор, или Фэнтези по мотивам «Сказок 1000 и одной ночи»

 – Ты украл мой кошелёк!

– Кошелёк принадлежит мне!

– Нет, он мой! О, отец дурного запаха!

– Козёл! – последовал ответ Ахмеда. – Козёл с самым козлиным запахом! Клянусь солью! – И он спрыгнул с уступа и столкнулся лицом к лицу с другим мужчиной.

Стоя там, в ярком солнечном свете, балансируя на носках босых ног, готовый либо к бегству, либо к бою, смотря по обстоятельствам, Ахмед представлял собой прекрасную фигуру мужчины в самом расцвете молодости: скорее невысокий, чем рослый, но при этом идеально сложенный от узких ступней до кудрявой головы, с великолепной грудью и плечами и длинными мышцами, похожими на бегущую воду.

Здесь не было неуклюжей, дряблой, перекормленной нордической плоти, похожей на жирный розово-белый пудинг с салом, а был гладкий безволосый торс, с хрустящей силой мужчины и грацией женщины. Лицо его было чисто выбрито, за исключением наглых маленьких усиков, которые тряслись от хорошо наигранного гнева, когда он осыпал оскорблениями заикающегося, разъярённого Таги-хана.

Толпа смеялась и аплодировала – у Таги-хана было не так уж много друзей в Багдаде, – пока, наконец, сквозь толпу не протиснулся огромный чернобородый капитан стражи.

– Замолчите оба, петухи вы бойцовые! – прогремел он угрожающе. – Это Багдад, город халифа, где людей в цепях вешают на Львиных воротах за то, что слишком громко кричали на рыночной площади. А теперь – потише, потише – в чем тут вас дело? О чём спор?

– Он забрал мой кошелек, о защитник праведных! – причитал Таги-хан.

– Кошелек никогда не принадлежал ему, – заявил Ахмед, смело демонстрируя спорный предмет и высоко держа его над головой.

 – Это самая древняя семейная реликвия, завещанная мне моим покойным отцом – да пребудет его душа в Раю!

– Ложь! – воскликнул ростовщик.

– Правда! – настаивал Ахмед.

– Ложь! Ложь! Ложь! – голос ростовщика поднялся на целую октаву.

– Тише, тише! – послышалось предупреждение капитана, и он продолжил: – Есть только один способ решить этот вопрос. Тот, кто владеет этим кошельком, знает и про его содержимое.

– Мудрый человек! – прокомментировала толпа.

– Мудрый, как Соломон, царь иудейский!

Не краснея, Капитан Стражи принял лесть. Он выставил вперед свою большую бороду, как таран; и поднял волосатые руки с высокими венами.

– Воистину, я мудр! – спокойно признал он. – Пусть тот, чей это кошелек, скажет, что в нём. А теперь, мой почтенный Таги-хан, поскольку ты претендуешь на этот кошелек, может быть, ты скажешь мне, что в нем лежит?..