Вторая жена

Испуганно перехватив его руку, я не позволила ему продолжить намеченный путь.

Видимо, я заснула после того, как он разозлил меня своим фамильярным отношением. Мало того, что прикасался, так еще и говорил всякие пошлости. И вот снова! Как будто бы и не переставал меня гладить!

Тело затекло от неудобной позы, да и ехали мы целый день, на улице было уже темно. Оглядевшись, я поняла, что мы, должно быть, находимся во дворе гостиницы, которую упоминал Камал.

– Выходи. Поужинаем и переночуем здесь, – он поднялся и протянул мне руку, чтобы помочь выйти из машины, но я проигнорировала его джентльменский жест и сама выбралась наружу. Хватит с меня прикосновений.

Хмыкнув, он указал направление в сторону входа в пятиэтажное здание. Это была небольшая, но дорогая гостиница. Видимо, Камал признавал только самое лучшее. Если честно, я рассчитывала на менее роскошное место.

Жаль, что он не выбрал себе другую жену, она бы, в отличие от меня, впечатлилась всем этим изобилием.

У стойки регистрации нам предложили поужинать, пока готовят наш номер, на что Камал согласился, и, оплатив счет, мы направились в зал ресторана.

Расположившись за отдаленным столиком, мы сразу же, не глядя в меню, сделали заказ. Вернее, Камал сделал заказ! Чем ужасно меня разозлил, ведь я ненавидела, когда решали за меня что бы то ни было!

– Два стейка с картофелем и мохито.

И ваш лучший десерт для девушки, – распорядился он, даже не глядя при этом на меня! И плевать, что я, скорее всего, заказала бы то же самое, будь у меня выбор!

Наконец, заметив мой недовольный вид, мистер Решаю—Все—Сам надменно поднял бровь и поинтересовался, что меня так вывело из себя.

– И ты еще спрашиваешь? Сначала забрал мой паспорт, теперь ведешь себя так, будто я бессловесное существо! – Больше меня, конечно, взбесил паспорт, который он достал вместе со своим, когда регистрировал наш номер, а по окончании снова положил в сумку для ноутбука вместе со своим! Так что разозлилась я не на шутку.

Никто никогда так не вел себя со мной! Даже отец! Но ЭТОТ, видимо, считал в порядке вещей распоряжаться мной как вещью.