Круг. Агентство чрезвычайных ситуаций

Он боится за свою жизнь и хочет быть уверен на сто процентов. Или – или. Любыми способами, на мое усмотрение. При разводе, если не зафиксирован адюльтер со стороны жены, он теряет все. Ему нужна бомба… я хотел сказать, страховка. Доказательство. Если найти след, что она тратит деньги на любовника, которого, скорее всего, просто не существует, то… И чтобы она знала об этом! В общем, полный бред. Завтра в двенадцать мне надо дать ему ответ.

– Тогда ты обратился точно по адресу. У меня сейчас как раз образовывается свободное время, которое пока нечем занять, и если она не полная крокодила… Сейчас мы обмозгуем, как мне с ней познакомиться.

– Стой, стой, стой!

Марис с опаской огляделся. За угловым столиком мрачного вида парень с трехдневной щетиной, неутомимый производитель дыма, на который не реагировал детектор, глотал пиво из большого бокала. Его глаза не отрывались от телевизора за барной стойкой. На экране футболисты в синих и белых футболках гоняли мяч по зеленому полю.

– О чем ты говоришь? Какие камеры? Ты же знаешь, я занимаюсь только финансовыми расследованиями. И вообще. Одно дело зафиксировать реальную измену и помочь мужу выпутаться из сладкой ловушки, и другое… Это будет чистой воды подстава.

– Подстава? – в голосе Антона зазвенело неприкрытое возмущение. Он подлил виски из невесть откуда появившейся новой бутылки и сдвинул стаканы.

– Хорошо, выпьем.

– Выпьем и разберемся.

– Разберемся, – согласился Марис. – В чем?

– Все просто. Ты сам сказал, что сначала он, как король Лир…

– Я не говорил про короля Лира.

– Хорошо. Он, как последний лох, отдал все своей жене и стал ей не нужен. К счастью для себя, он понял это вовремя и стал думать о страховке. Я верно излагаю?

– Если в общем, то… – Марис помахал в воздухе пальцами, словно решая, в какую сторону надо крутить невидимый вентиль, и кивнул.

– Вот! – Антон торжествующе осмотрел помещение, но, так и не найдя искомого, разочарованно вздохнул. – А теперь представь, что сюда вошла симпатичная бабенка. Такая, чтобы все при ней было. Прямо сюда, в этот гадюшник. Представил?

– Хорошо, представил.

– Ну слава тебе, господи. И вот она входит, и мы все – что? Я говорю про настоящих мужиков. Таких, как мы с тобой. Да и про тех тоже. Мы все смотрим на нее, верно?

– Не знаю. Вот этот пялится в телевизор.