Случайный малыш для авторитета

Морщусь от настойчивого лучика солнца, что бьет мне не в бровь, а в глаз.  Шарю рукой по второй половине кровати, где лежал Касым. Не обнаружив мужчину, трясу головой и усаживаюсь. Оборачиваюсь и замечаю на прикроватной тумбе новый букет. Ароматные цветки орхидеи. Возле него записка. Хмуро беру ее, читаю.

« Не смог потревожить твой сон. Прости. Как бы далеко я ни находился каждое мгновенье думаю о тебе.»

И вроде возмутиться бы надо, но после таких фраз совестно.

По стационарному телефону из номера звоню на ресепшен и уточняю время брони.

Апартаменты в моем распоряжении еще на сутки. Касым позаботился о комфорте.

Однако барская постель становится чертовски неудобной, а приятный глазу цвет стен бледнеет и теряет свои краски. Невозможно находиться в отеле без Касыма. Неинтересно.

Я уже соскучилась…

Но раскисать нельзя. Как бы ни хотелось утопать в тоске, ни к чему хорошему это не приведет.

Заставляю себя подняться и воспользоваться душевой.

Раньше всегда носила булавку в сумочке от сглаза, а теперь мелкая заколочка крепит боковую молнию на платье.

Касыма было не сдержать, он не рассчитал мощи и порвал одежку.

Но я не обижаюсь. Давно пора выбросить это старомодное платье на свалку, да все руки не доходили.

Собравшись, прихватываю букет. Он даже прелестней тех роз, о них я совсем позабыла.

По знакомому маршруту спускаюсь в холл отеля и намереваюсь распрощаться с приветливым администратором, но девушка меня останавливает.

– Вы Алина Новицкая?

– Да… – недоверчиво поглядываю на администратора.

 – А что?

– Вас на парковке ожидает автомобиль.

– Какой автомобиль? – замертво прирастаю к полу, невольно вспоминая  о брате Олеси. – Я не вызывала такси.

– Господин Касым Хамаров так приказал.

– Ну, если Хамаров…

Медленно шагаю к выходу, задерживаюсь на крыльце отеля.

Напротив двери я вижу черную машину. Здоровую гробину на четырех колесах.

Возле нее прячет кулачищи в карманах бритоголовый верзила. Страшнючий на морду.

Хуже атомной войны. Он нахально шмыгает носом и пялится на меня.

При других обстоятельствах нужно было закричать от ужаса и сбежать. Но я узнаю в этом мужчине бойца из группировки Громова, а, следовательно, и Хамарова. Все нормально.

Кысым же неспособен причинить мне вреда? Ведь так?

И, тем не менее  на любимого надейся, а сама не плошай. Удерживая перед собой букет, спускаюсь по ступеням и меняю руки так, чтобы верхняя оказалась с колечком.