В космосе только девушки

Но внезапно, будто вспомнив что-то, что придало сил, выпаливает:

– Я отказалась целоваться с сыном Самого.

– Иннокентия что ли?

– За такое не приговаривают к высшей мере.

Два голоса с нервными смешками раздаются в унисон.

– Вы не понимаете. Моя мать – любовница Иннокентия. С Артемом, его сыном, мы знакомы пять лет. В тот злополучный день мы забрались вдвоем на колокольню. На город посмотреть. Артем попытался меня поцеловать.

Кира торопится выплеснуть все наружу, будто боится, что не хватит сил досказать:

– Я отказалась, объяснив, что он всего лишь друг.

Артем сказал, что если я откажу, то спрыгнет вниз…

– И?

– Спрыгнул.

– Насмерть?

– Жив. Но отец его очень разозлился, кричал, что специально держал меня рядом, как будущую любовницу сына. Не жену. Любовницу… – слезы текут по щекам, но девушка их не замечает. Надо высказаться, раз уж решилась. – Потом нервный срыв. Камера. Подземелье. Холод. Суд. Приговор. Все как в дымке. Ничего не помню.

Не попрощалась ни с мамой, ни с братом.

– Девочки, – нервно смеется Аннета. – Мне только одной кажется, что наши дела слишком раздуты и… сфальсифицированы?

***

– Командор! – молоденький лейтенант обращается не по уставу. – Корабль с Земли пересек запретную орбиту и удаляется от Луны.

– Распылить, – равнодушный голос звучит слишком резко, заставляя командный состав невольно сделать шаг назад. – Забыли о протоколе, лейтенант?

Двухметровый гигант медленно переводит взгляд на подчиненного.

Этого немигающего взгляда боятся все. Он лишает воли и ясности сознания. Командора не любят. Ему подчиняются, единогласно принимая его знания, опыт и авторитет. Уважают за справедливость и быстроту решений. Если вступил в Межгалактический Патруль, то командор за тебя будет горой, вытащит из самой задницы, но и потребует в сто раз больше, чем другие командующие. Но не любят.

– Сэр Командор, я просканировал корабль землян, – лейтенант Ферз, решив, что хуже не будет, открыто демонстрирует несоблюдение межгалактических протоколов.

– И… – в командорской рубке тишина. Пролети комар, и шуршание его крыльев услышат все.

– Это не космический корабль. Эвакуационный шаттл. Последние идентичные модели сошли с конвейера почти шестьсот лет назад. На Земле.

– Они нарушили ограничивающую орбиту. Мне повторить приказ?

– Подождите, командор?– по рубке пронесся едва слышный «ах».