Любовь (не) навсегда. У тебя есть дочь

– Преступник сбежал, а вы мою сумку поделить не можете.

– Белла, все для тебя! Держи! – теперь синьор Абати сует мне спасенную вещь вместе с вцепившимся в нее Алексом.

– Да ну вас! – машу рукой. – Как наиграетесь, отдадите.

И ухожу, куда глаза глядят. Подальше от них и посторонних людей, которым мы устроили шоу. На одну маленькую частичку жалею, что подбежали эти двое позеров. И неважно, что вора самой было не догнать.

– Настюшка, ты куда? Постой! – это его обращение коробит иногда. Но, спасибо, я больше не мелкая.

– Гулять дальше, у меня выходной, – произношу, не оборачиваясь.

– Белла, позволь составить компанию, – синьор Абати пристраивается по левую руку, а Алекс становится справа.

Что странно, итальянец вроде не понимает русский, так, отдельные фразы, но о чем речь интуитивно сечет.

– Я тебя никуда не отпущу с этим прохиндеем, – говорит Алекс, широко улыбаясь итальянцу, от чего тот тоже начинает сверкать зубами.

Закатываю глаза, кто тут еще прохиндей. Эмоционально поднимаю руки к небу и иду дальше молча.

Какой смысл спорить или что–то объяснять, от этих двоих, кажется, не избавиться.

Спустя двадцать минут с тоской думаю, как было хорошо одной. Теперь же с одной стороны у меня не прекращается русская речь, а с другой итальянская. И я должна вслушиваться и что–то отвечать обоим.

Присаживаюсь на лавочку, мой почетный караул за мной. Удивительное единодушие!

Еще через полчаса я перестаю вслушиваться и отвечать обоим, но Абати с Алексом, кажется, не замечают.

Они все больше друг с другом спорят, перебивают и так далее.

По времени Милу уже разбудили в детском саду. Пойду–ка я туда.

– Извините, работа резко образовалась, – бормочу себе под нос, встаю на ноги и резво ухожу, срываясь на бег.

Успеваю добежать до остановки и заскочить в удачно подъехавший автобус, как слышу сзади.

– Настя! Ты куда?

Вопрос звучит только на русском, да и привычного обращения «Белла» нет.

Оборачиваюсь. За мной последовал только Алекс, Абати остался на лавочке.

Значит ли это что–то? Или женские статьи про знаки забили мой мозг?

– У меня дела, и я хочу их одна сделать, извини, – говорю в открытые двери автобуса, которые буквально сразу закрываются.

Но он не злится, только усмехается и качает головой. И помимо воли я тоже начинаю улыбаться и даже машу ему на прощание. Но миг, и я уезжаю, а Алекс остается. Повезло, что его машины нет поблизости, а то не знаю, как бы Милу забирала.