Четыре с половиной

– Я уже раньше сказала – нельзя же остальным остаться ни с чем.

– Да, понял. И какие вы собирались выдвинуть требования?

Ответила не она, а муж:

– Мы, собственно говоря, не успели их выработать вчера…

Человек досказал:

– По уже понятным причинам.

И перевел взгляд на женщину.

– Да, – проговорила она, – это следовало сделать сегодня, что называется, уже в рабочем режиме.

– В процессе торговли?

– Ну, если вам так угодно.

– А что здесь плохого? – обидчиво произнес Аркадий.

– Ничего плохого, я без иронии.

– Олег поздоровался…

– Извинился за то, что вчера перебрал, – добавил муж, – да я сам был хорош.

Его супруга нетерпеливым жестом показала, чтобы не лез больше с глупостями.

– Олег пошел к бару, открыл вон ту бутылку вина…

Гость, взглянув в направлении ее указательного пальца, сделал знак приостановиться, встал и подошел к бутылочным линиям.

– Какую именно?

– Светлую, «Псоу», видите, пробка торчит?

– Вижу.

Он повернул назад голову и пригляделся к стакану, выпитому примерно на две трети.

Снова посмотрел на бутылку, в которой не хватало, похоже, именно налитого в стакан объема.

Потом, взяв салфетку, поместил бутылку куда-то вниз.

– Никто, кроме покойного, бутылку не трогал?.. И не трогайте.

Человек вернулся на место.

– Вы точно, Елена, помните, что он откупорил бутылку?

Опять с ответом поторопился Аркадий:

– Тем штопором на крючке, на наших глазах, – и на всякий случай осторожно взглянул на жену.

– Да, тем штопором.

Она сделала паузу и сосредоточилась.

– … Олег сел к нам… выпил… тут появился Владимир…

Тот покивал головой:

– Я тоже себе налил вина, но из другой бутылки, – он попытался показать назад, куда-то, рукой.

– А я уже собиралась начать интересующий нас разговор. Олег вдруг сказал: «душновато». Даже подергал слегка себя за рубаху. Выпил еще, я опять собралась начать, а Аркадий спросил его: «Тебе нехорошо?»

– Ага, лицо у него стало бледным.

– Я опять подумала, что это какая-то хитрость, как вчера вечером, – она подняла в сторону мужа руку, чтоб не мешал. – Но тут Олег начал подрагивать и хрипеть.

– Сипеть, – все же поправил муж, – даже с маленьким свистом.

– Пожалуйста, если по-твоему есть принципиальная разница. Потом сильно вздрогнул, и его голова свалилась на грудь. Владимир был ближе, попытался помочь.

– Я запрокинул голову.