Секретарь для чародея

Разобраться бы, милостивец наш?

Сам подумай о детях наших: ведь уже целое поколение выросло, что не видело как листва распускается. Овощами, слава высшим силам, снабжается наш город, но ведь и свеженькой зелени хочется, а не по карману многим. А мы уж благодарны будем, если вы как-нибудь разберетесь с бедой нашей…”

Король Авиланда Азорус развел руками. Образчик красноречия местных горожан его и позабавил, и растрогал, и расстроил одновременно. Градоначальник Нисбурга за все эти годы ни разу не пожаловался, а вот инициативные горожане уже второй год забрасывают его письмами, то в высшей степени грамотно составленными, то вот такими эмоциональными и простенькими.

Верный Инвар до этого дня не беспокоил короля проблемой, лишь вскользь упоминая о полученных прошениях, но тянуть больше нельзя. В самом деле, семнадцать лет – это много.

Король вздохнул: никудышный из него отец. Сбагрил дочь, благо еще две есть, да сыновей трое, а теперь еще и семеро внуков уже…

Бедняжка Розалия! А ведь она пострадала из-за него.

Когда-то король дал разрешение построить новый город, но выбранное место, как выяснилось после начала стройки, находилось на землях фей. Разъяренные феи прокляли беременную королеву, а строящийся город затянуло плющом и мхами. Рабочие, в ужасе побросав кирки и лопаты, бежали прочь, а кто промедлил – навсегда остался там, в заповедной земле…

Сначала Азорус жил в страхе, а в день родов места себе не находил. В комнате, где мучилась бедняжка королева, дежурила целая армия магов и целителей, собранных по всему Авиланду и даже приглашенных из соседней Славии.

Однако родилась здоровая девочка, и постепенно страх отступал, тем более, что даже придворный маг говорил, что все в порядке и тревожиться не о чем.

Однако проклятие фей оказалось хитрым и проявилось только когда девочка вступила в возраст женского созревания. Она все больше и больше спала, и поначалу это казалось просто причудой. “Принцесса растет, – говорили целители, – перерастет”.

Если бы проклятье было наложено ведьмой или колдуньей, то маги смогли бы его разглядеть вовремя, но сила фей совсем иной природы…

И вот наступил тот самый день, когда девушка впервые почувствовала свое женское недомогание. Личный врач Розалии, госпожа Сирейн, дала принцессе обезболивающий отвар и посоветовала прилечь до ужина.

Розалия не проснулась.

К вечеру над столицей нависли тяжелые, плотные, низкие тучи.