Не отдавай меня никому

– Наивная пташка, – прошептал Хард, прикасаясь к ее щеке своим лицом, – можешь упираться сколько влезет. Это не поможет тебе.

– Прекрати! – Дана буквально оторвала его от себя. – Чего ты добиваешься?! Хочешь в койку меня затащить? Так вот знай, тебе ничего не обломится! Я никогда не позволю прикоснуться к себе тому, кто мне неприятен!

– Вот оно как, – он улыбнулся ей и кивнул, – ладно, я подожду.

Вечер выдался тихим, и после принятия расслабляющей ванны Дана довольно осторожно направлялась к кухне.

– Вы ищите мистера Харда? – обратился к ней дворецкий, который поливал цветы, стоящие на большом дубовом столе.

Мужчина уже был благородных лет, но годы не лишили его прекрасной английской выправки и не испортили неизменной вежливости в тоне.

– А где он?

– Хозяин дома изволил отбыть на рабочую встречу около получаса назад.

– Хорошо. Спасибо…мм…

– Джеймс, миссис Хард.

– Спасибо, Джеймс.

– Не стоит благодарности. Ужин уже готов, вы желаете поесть у себя или за обеденным столом?

– У себя?

– Мистер Хард распорядился выделить вам комнату для ваших личных нужд.

Я в любое время к вашим услугам.

– Спасибо, Джеймс, тогда я поем у себя. А подскажете где это?

Дана проснулась с утра, потянулась, радостно улыбнулась тому, что выспалась, приняла душ и вышла из комнаты. Чуть дальше по коридору, как оказалось, располагался рабочий кабинет Александра.

Шагая к лестнице, она заметила, что он все в той же одежде, что и вчера. Мистер Хард ходил из стороны в сторону и что-то обсуждал по телефону.

Это явно был рабочий вопрос, однако выглядел он довольно уставшим. Видимо, не спал всю ночь.

– Что ж, так ему и надо, – хмыкнула Дана и прошла мимо, сверкая своими длинными ногами, одетыми в обтягивающие черные джинсы.

Она сидела на веранде и попивала кофе, когда он присел рядом с чашкой черного чая.

– Сегодня я уеду, вернусь вечером.

– Мне плевать.

Александр вздохнул и продолжил:

– Сегодня будет вечер, его устраивает мой отец в честь нашей свадьбы, мы поедим к нему на виллу.

– А мать твоя, что тоже была против этого брака? Она участвовать не будет? – Дана ехидно улыбнулась ему.

– Моя мать умерла двенадцать лет назад, – сейчас на его лице не было ни улыбки, ни насмешки, он был зол в этот момент, и девушка торопливо извинилась.

– Я не знала.

– Конечно ты не знала, – Хард устало вздохнул, потер затекшую шею и поднялся. – Мне пора. Будь готова к девяти.

Он ушел, а Дана посмотрела на не тронутый чай.