Солнце для принца

Тициана с облегчением кивнула, а Азалия, будто о чем-то вспомнив, спросила:

– Кстати, дорогая, не слишком ли много украшений? Твоя кожа…

– На вечер меня хватит! – перебила Тициана. – Не о чем переживать.

Дверь в комнату тихонько открылась и Франческа с Марией сунули свои любопытные головки в щель.

– Тициана! Мы устали тебя ждать внизу! Ты скоро?

Азалия махнула им рукой, чтобы они зашли. Сестры тихонько хихикая, зашли в комнату. А Тициана обернулась к ним лицом: – Ну как?

Азалия и Августина с удовольствием наблюдали, как вытянулись их лица.

– Просто потрясно! – Франческа, как всегда, не полезла за словом в карман. Все находящиеся в комнате весело рассмеялись.

Мария и Франческа с восхищением стояли рядом и рассматривали девушку. Они очень радовались за сестру и мечтали, что скоро наступит такой день и в их жизни.

– Ах, Тициана, ты там будешь самой заметной и яркой. – Воскликнула Мария.

– И самой красивой! – добавила Франческа.

Тициана смутилась. Она прекрасно знала, как ей далеко до красоты.

Вот все ее сестры были красивы. Каждая по разному, но все одинаково прекрасны. Девушка искренне не понимала, почему они считают красивой ее.

Ее старшая сестра Азалия была копией отца, чистокровного венецианца – герцога Пауло Аньежио, смуглокожая, черноволосая и голубоглазая. Высокая, со всеми нужными выпуклостями в нужных местах, она была очень популярной девушкой во время своего дебюта.

А Мария, которой сейчас было 15 лет, была копией матери, шотландки по происхождению.

У нее была очень белая кожа, как и у Тицианы, голубые глаза, светлые волосы и хрупкое телосложение.

Франческа в свои 12 лет тоже обещала стать очень красивой девушкой. Пожалуй, самой красивой из всех сестер. Она унаследовала от матери светло-голубые глаза и белую кожу. От отца ей достались смоляные волосы и высокий рост.

Девушка смотрела на своих сестер и искренне радовалась за каждую. Наверное, со временем Тициана смирилась бы с рыжими волосами, если бы не насмешки ее подруг.

Ох, сколько слез она пролила из-за этого. Самое безобидное из ее детских прозвищ было – морковка! И сколько мама не убеждала ее, что они просто завидуют, ничего не помогало. А потом мамы просто не стало. И когда отец начал говорить ей тоже самое, она просто не верила. Домашние просто очень ее любят, вот у них и предвзятое мнение. Это доставляло Тициане множество проблем и комплексов. Но насмешки друзей прекратились, когда девушке исполнилось 16 лет.