Патруль: последнее дело Мышки и Сокола

Дороги в Эше, как и во всех остальных крупных селениях мира Шзар, были изготовлены из плавленого красного песка, и на вид плитки действительно казались стеклянными. Однако хрупкостью стекла они не обладали, наоборот: расплавленный красный песок, застывая, превращался в один из прочнейших материалов всей Паутины, не то, что одного мира.

Жаль, что то, что принадлежит миру, не может его покинуть, рассыпаясь в мелкую пыль, оказываясь в другом мире. Вот в междумирье – да, можно было найти все, что угодно. Но жить долго в Паутине дозволено лишь избранным.

Тем, кто своей деятельностью обеспечивает самое главное: изоляцию миров.

Потому что пока те, кто живут в разным мирах, не знают друг о друге, они не будут воевать. Потому что те, кто случайно попадает в чужие миры, нарушают основные принципы существования Паутины.

Путешественники между мирами должны быть извлечены и отправлены домой. Или убиты.

Только так и не иначе.

Дома стояли так плотно друг к другу, что казалось, что между ними и вовсе нет просвета, однако чуть дальше на левой стороне улицы Мышка заметила просвет.

Подходящее место чтобы проверить, с чем же они в итоге остались. Подкрепления нет, камуфляжа нет, но если Первый лишил их права на оружие, то сомнений в том, что их послали на смерть, не останется. Тут уже будет не воспитательный момент, а откровенная казнь неугодных.

Или избиение младенцев, это уж как посмотреть.

Дождавшись, когда Сокол умоется, она кивнула на проулок, сделав страшное лицо, зная, что он ее поймет.

Сейчас, когда разум прояснился, она поняла, что они здорово шумели, а если вспомнить, что выглядят они, мягко говоря, экзотично для местного населения, им не стоит сильно светиться. Возможно, им повезет, и им не придется долго притворяться. Все-таки, в образе падшей женщины Мышка еще никогда не бывала. И пробовать совсем не хотелось.

Сокол проследил за ее взглядом и кивнул. Кажется, ему в голову пришло то же самое. Не говоря ни слова, он направился туда. Мышка еще раз огляделась, а потом, убедившись, что из черных провалов окон за ними никто не наблюдает, двинулась следом.

Очевидно, Паутина решила над ними сжалиться, потому что оружие послушно материализовалось в ее руке. Пистолет с барабаном на тринадцать патронов при желании мог превратиться и в саблю, и в лазерную пушку. Сокол тоже извлек из воздуха свой излюбленный меч.

– Ну что ж, хотя бы это мы не потеряли, – напарник выглядел даже немного довольным.