Патруль: последнее дело Мышки и Сокола

После мира Энова действительно хотелось посидеть в каком-нибудь уютном местечке – за два месяца, которые заняли поиски «этих» она чуть не взвыла от тоски – религия тамошних жителей предполагала полный отказ от мирских радостей типа посиделок с друзьями в таверне или пабе, прогулок в парке под луной и прочих радостей жизни. Непонятно, как «эти» не самоубились еще до того, как их нашли.

– За неудачу определенно надо выпить, – решила Мышка. – Кто будет платить в этот раз?

– Разберемся, – скрипнул Сокол, и Мышка поняла, что платить будет он.

Ну что ж, Энтони Пол, которого здесь все знали, как патрульного по кличке Сокол, в своем репертуаре.

Свернув по одному из ответвлений бриллиантовой тропы, они дошли до края Патрульного Острова и ступили на сотканную из тьмы поверхность Обсидианового Моста, ведущего на Веселый Остров, на котором располагались лучшие увеселительные заведения Паутины. Всего Островов, доступных для посещения патрульным было пять: собственно Патрульный, Веселый, Остров Порталов который все называли Черной Комнатой, Вьющийся Остров, где располагались служебные квартирки Мышки и Сокола, и Остров Знаний – по сути огромная библиотека, состоящая из коридоров, заваленных древними свитками, фолиантами, справочниками, дисками, флэш-накопителями, голографическими проигрывателями и прочими средствами сохранения знаний, придуманных в сотнях миров, которые и соединяла между собой Паутина.

Сама же Паутина была настолько огромна, что Мышка за полтора века так и не познала ее размеров, остановившись на том, что она не имеет границ.

И это утверждение, наверняка, было правильным.

Обсидиановый Мост был широк, но Мышка, как всегда, шла ближе к краю, любуясь на несчетное количество нитей: белых и синих, красных и голубых, зеленых и желтых, багровых и фиолетовых. Серых и почти прозрачно-тусклых. Каждая из них была целым миром, пронизывающим время и пространство, которые здесь, в Паутине, не подчинялись никаким законам. Вспомнив про данные им два месяц на закрытие дела «этих», Мышка хмыкнула.

Местные два месяца могли растянуться на миллионы лет или стать мигом, поэтому срок Первый им дал не маленький. Конечно, если правильно использовать этот срок.

– Мышка…

Скрипучий голос Сокола вывел ее из раздумий, и она обнаружила себя стоящей на краю Обсидианового Моста. Носки ее удобных туфелек на небольшом каблучке свисали над разноцветной бездной междумирья, в которой сверкали мириады звезд.