Тридцать монет на сундук Мертвеца и тринадцать зомби в придачу

Почему-то именно сейчас все вокруг казалось мне невзрачным, унылым, покрытым вековой пылью…

Я до вечера гоняла своих мертвых слуг, заставляя по нескольку раз протирать пыль, мыть полы, перебирать продукты в кладовой… отчаянно хотелось действия, хоть какого-то.

А еще меня жутко занимал Даг. Как из прыщавого некроманта-недоучки с кафедры теоретической магии он мог превратиться в… ну не знаю, как он там на самом деле выглядит, но ощущается этаким всесильным волшебником, способным одним щелчком лишить зомби не-жизни.

И сварить кофе в ящике письменного стола.

Демоновы монеты, как же сейчас я их ненавидела! Они заставляют меня прятаться по углам, не смотреть в лица, не разговаривать, не жить. И пусть мое сердце бьется, жизнью мое существование назвать сложно.

И сегодня я осознала это так остро, что хотелось взвыть. Я тоже хочу гулять по улицам Города, заходить во все таверны и бары, упиваться солнечными лучами, наслаждаться обществом живых! Но… проклятие не давало мне даже привыкнуть к видениям вокруг.

Каждый раз, когда я лицезрела живого в виде зомби, мне становилось не по себе. Десять лет прошло, а я вижу этот мир мертвых, как будто оказалась в нем впервые.

Все валилось из рук. Я не могла даже книгой себя занять, потому что мысли роились в голове, как мухи. Противные мухи, которые любят зловоние и трупы.

Попытка поспать тоже провалилась, причем громогласно: я не успела закрыть глаза, как в кухне что-то загремело, потом свалилось, а затем и вовсе разбилось.

Несколько раз.

Чем там Хильда занимается?

Как выяснилось – лежит. Мертвая. То есть, лишенная не-жизни.

– Это что еще такое, а? – возопила я, когда до меня дошел сей факт. А возопив, призадумалась.

А потом поняла.

– Ну я сейчас тебе устрою, начальничек, – пробормотала я себе под нос и, стараясь быть бесшумной, двинулась обратно в спальню. За лопатой. К сожалению, я забыла три вещи: Даг косит зомби непринужденно, моя лопата не в спальне, а в гостиной, а еще на мне полупрозрачная ночная сорочка.

И больше ничего.

Впрочем, последнее меня мало волновало. А вот встречающиеся на пути в спальню «уснувшие» слуги – подогревали гнев. Где этот паразит? Какого Падшего он влез в мой дом после заката?

В спальне меня ждала Харита. Без признаков не-жизни, конечно. Поискав глазами футляр с лопатой, я грязно выругалась и, уже не скрываясь, бросилась в гостиную.

В ней царил полный бардак.